Насмешка судьбы

— Ты собираешься привлечь к ответственности нас обеих?

— По-твоему, я способен судиться с собственной женой? А вот твою мать... — он посмотрел в широко распахнутые, наполненные страхом глаза Энжи, — стоит хорошенько наказать.

— Но если ты считаешь и меня повинной в махинациях, то это будет нечестно! — горячо запротестовала она, ужаснувшись, что ее мать могут привести в суд и судить как преступницу.

— Уж не хочешь ли ты признаться, что участвовала в мошенничестве с самого начала? — осведомился Лоренцо. — У меня сложилось впечатление, что Маргарет выделяла тебе очень скромные суммы денег.

— Я всегда знала, что мама поступает абсолютно правильно, — вдохновенно лгала она, надеясь отвести гнев Лоренцо от матери и направить удар на себя.

Лоренцо пытливо посмотрел на раскрасневшуюся Энжи, дрожавшую как осиновый лист и готовую упасть в обморок в любой момент. Он прищурился.

— Теперь твоя история звучит несколько иначе.

— Я знала, что принимать от тебя деньги было нехорошо, но я... я ненавидела тебя после того, как увидела вас вместе в лифте в тот день! — в сердцах выпалила она, стараясь всеми средствами защитить мать.

— В это я охотно верю. Но мне также кажется, что ты скорее согласишься голодать, чем сознательно примешь от меня помощь. Неужели я ошибался в тебе? — Лоренцо испытующе посмотрел на жену, но та не слушала его.

— Пожалуйста, не поступай так с моей мамой, — умоляла она. — Будь милосердным, позволь ей собраться и спокойно уехать из дому.

— А что я получу в обмен за великодушие?

Воцарилась мертвая тишина, не нарушаемая даже легким дуновением ветерка, стрекотанием кузнечика в траве или движением листка.

— Я не знаю, что ты хочешь...

— Неужели? И не догадываешься? — Он криво усмехнулся. — Хочу разделить с тобой ложе.

— Я не верю... — пробормотала она, полагая, что Лоренцо шутит. — Мне трудно поверить в такое безумное желание.

— А разве не этого жаждет мужчина от красивой женщины?

Лоренцо медленно приблизился к ней.

— Мне нравится, когда у тебя распущены волосы, — тихо промолвил он, перебирая искрящиеся в солнечных лучах пряди. От этих движений ее сердце забилось сильнее, ноги обмякли. — Очень красива и очень сексуальна, — хрипло прибавил Лоренцо, притягивая ее к себе.