Насмешка судьбы

И зачем она в очередной раз солгала?! Да, измена мужа нанесла ее самолюбию ощутимый удар и в корне изменила отношение ко всем мужчинам. Она попросту перестала им верить. У нее были друзья-приятели, но вопрос о физической близости ни разу не затрагивался. Энжи никогда больше не встречала мужчину, такого же желанного, каким когда-то был Лоренцо. Честно говоря, она особенно и не стремилась к этому.

— Твои родные уверены, что все эти годы ты продолжала учиться в Ирландии и за границей.

— Ты поддерживаешь с ними отношения? — изумилась она.

— Естественно, ведь, поскольку я твой муж, они считаются моими родственниками, да я и в действительности являюсь членом вашей семьи.

Господи! Он по-прежнему считает себя ее законным супругом! От воспоминания о заключенном ими ранее соглашении у нее похолодело внутри: три недели ей предстоит провести с Лоренцо. В голове все перемешалось, мысли путались. Она не может лечь с ним в одну постель! Он сам раньше этого не хотел, всегда держался на почтительном расстоянии и относился к ней, как к младшей сестре.

В то время ее мучили сомнения, можно ли считать их брак полноценным. Спали они в разных комнатах, близости не было и, судя по настрою Лоренцо, не предвиделось. У Энжи не укладывалось в голове, почему он не спешит совершить то, что, по словам тетушки Лючии, любой мужчина старается сделать при любой подвернувшейся возможности. Ей стало казаться, что она непривлекательна, и, стыдясь признаться своим родным, хранила эту тайну в себе.

Но ей и в голову не приходило, что ее муж мог удовлетворять свои плотские потребности где-то на стороне. Энжи твердо и безоговорочно верила мужу и никогда не узнала бы о его шашнях на стороне, не реши она преподнести ему сюрприз, неожиданно появившись перед входом в банк в Мессине. Когда она увидела Лоренцо с очаровательной блондинкой, их страстный, нетерпеливый поцелуй, не оставлявший никаких сомнений о последующих действиях, то все поняла.

День постепенно уступал место вечеру. Они ехали мимо сонных деревень, оливковых рощ и виноградников, прижимавшихся к плетеным изгородям. Дорога поднималась в горы. Пейзаж постепенно менялся. Живописные рощи уступили место бескрайним пастбищам, по которым понуро брели похожие на маленькие облака овцы. Вскоре шоссе сменилось грунтовой дорогой: они подъезжали к Мольфетте.