Насмешка судьбы

В голове немного прояснилось, но путь наверх ей дался непросто. С трудом поднявшись по лестнице, Энжи увидела, что Лоренцо ждет ее на супружеском ложе. Что ж, пока все идет по плану. Величественный вид возлежащего на белых простынях мужчины подействовал на нее расслабляюще. Тайно восторгаясь его атлетическим телом, таким неотразимым и привлекательным, она вдруг почувствовала дурноту, подступившую к самому горлу. Комната поплыла перед глазами.

— Что с тобой? — встревоженно спросил Лоренцо, откидывая простыню. — Господи.

В этот момент Энжи со скоростью, на которую только была способна, умчалась в ванную. Ее наихудшие опасения полностью оправдались, и ей захотелось умереть. Но не тут-то было.

— Тебе станет лучше, когда поешь, — сухо посоветовал Лоренцо.

Энжи с сомнением посмотрела на изрядно подгоревший тост на подносе. Уж лучше смотреть на поднос, чем на мужа. Стыд за свое поведение минувшим вечером безжалостно мучил ее. Лоренцо был сдержан, заботлив и очень добр к ней.

— Спасибо тебе, — стиснув зубы, буркнула она, поправляя постоянно спадавшую бретельку шелковой ночной рубашки, бывшей в тот момент на ней. Самое ужасное, что она не помнила, кто же раздел и одел ее!

— Интересно, почему ты напилась?

— Я вовсе не была пьяна, просто так, слегка навеселе, — возразила Энжи, страшась услышать приговор.

Она отчаянно вцепилась зубами в подгоревший тост. Даже в самые голодные времена в своей жизни Энжи не рискнула бы отведать подобный так называемый тост, скорее напоминавший головешку. Это явилось лишним доказательством того, что Лоренцо едва знал, как обращаться с плитой.

— Ты любишь Джека Кларка?

— Конечно же нет! — Она поперхнулась куском и закашлялась. — Мы с ним друзья.

— Значит, тебя гложет чувство вины, потому как ты сильно нервничала вчера...

— Нет, это просто смешно! Зачем раздувать из мухи слона?

— Возможно затем, что подобное безрассудное поведение в компании недостойного молодого человека приводит меня в бешенство.

— Те дни, когда я смотрела тебе в рот, ожидая похвалы или порицания, давно прошли.

— Время покажет, — двусмысленно изрек он с порога.

Энжи опустила голову, ее щеки горели. Решив, что муж покинул комнату, она вздрогнула, когда сильные мужские руки передвинули поднос, а сам Лоренцо сел на край кровати.