"Светлана Кронна
Настольная книга стервы
Предисловие
Если мужчина признался, что боится женщину-стерву, – он не лукавит!
Если обронил, что стерва – явление гнусное и постыдное, а потому не хочет об этом даже толковать, – мужчина лжет! Ибо никакой тип женщины не возбуждает, не интригует, не манит, не ввергает в пучину страстей так, как стерва. Она же – женщина-вамп, она же – фатальная красотка, она же – грешница, она же – хищница, она же – светская львица, она же – гроза непохожих на нее женщин, она же… Тайна за Семью Печатями, приоткрыть которую и берется автор этой книги.
Причем делает это настолько оригинально и увлекательно, подчас с шокирующей откровенностью, что не вызывает сомнения факт: книга не только станет бестселлером, но и заставит читателя иначе взглянуть на мир, где благодаря тысячам дамских уловок, позволяющих безупречно выглядеть, поддержать интерес мужчины, прослыть богиней секса… хозяйничает фатальная бестия. Она станет настольной книгой любой женщины, вдруг пожелавшей превратиться из обычной красотки в роскошную стерву, у чьих ног уже завтра мужчина преклонит колено…
О ЖЕНЩИНЕ И ЛОВЕЛАСЕ, ИЛИ ПОЧЕМУ БЫЛА НАПИСАНА ЭТА КНИГА
Один умненький ловелас мне сказал однажды:
– Есть в тебе что-то этакое… – и языком причмокнул.
– Но, понимаешь, нет в тебе СТЕРВЫ, – и взглядом товарища на меня посмотрел. – А баба-стерва, да если она к тому же еще и красивая… – о, это ат-а-ас!
Он был иногда циничен, этот ловелас. Иногда пьян. Иногда отталкивающим до безобразия, но он знал себе цену.
И цену женщинам.
Ну так вот… После того, как он сказал, что во мне отсутствует стерва, он попросил чаю. Я налила. И себе тоже.
Мы сидели друг напротив друга, и я, вся из себя такая умная, красивая, но ни капельки не стерва, слушала рассказ про то, как он где-то, когда-то любил ну таку-у-у-ю стерву, ну такую! О-о-о-о! А она его нет. В итоге – истерзанная душа и грустный сюжет для рассказа про любовь, который он собирается написать.
А может, даже на повесть разродится…
Он напишет, я в этом была почти уверена и наперед знала: это будет вещь. А потом завидный гонорар. Его охотно печатали разные журналы. А еще у ловеласа была квартира, машина, он коллекционировал полотна именитых мастеров пейзажа, мечтал обессмертить свое имя в литературе, одевался как «лондонский денди», но в любви ему не везло.
– Налей-ка мне еще чаю… Если можно, конечно…
Было можно, и я налила. И уселась напротив.
