Все как ты любишь - без хвоста, косоглазый и ребра сломанные. Контузом назвал.
Смотрю на него, не моргая, влюблёнными глазами. Дура дурой...
Истерично и неуверенно улыбаюсь.
И все вдруг становится хорошо...
- Контузом?..
- Невротик, Контуз... Кенты будут.
Прикусив губу, глажу его ладонью по груди.
- Мальчишки хорошо себя ведут?
- Нормально.
- Чтобы я без тебя делала?
- Пацаны сказали, ты в субботу утром должна отсюда... выйти. Я приеду, заберу, ладно? Тебе домой не надо. Все ""твои"" там, у меня, в заложниках.
- Ладно... - завороженно киваю я.
- Все, я полетел, работа...
Во мне все порхает и цветет так, что я не могу промолчать. Мне надо сказать. Обязательно!
- Саш... - ловлю его за куртку. - Я люблю тебя.
Мы опять мягко встречаемся губами.
- И я тебя, Ромашка... Очень люблю. Прости дурака. Напылил.
Плавая в эндорфинах, медленно оседаю на стул."
"Мама садится рядом, что-то там ворчит, ругает, язвит...
Я ни слова не понимаю.
Словно на другом языке говорит.
Вкусно, по-домашнему тепло, пахнет корицей.
Много ли для счастья надо беременной женщине? Булочку и признание в любви.
Достаю горячую хрустящую булочку с корицей, и мечтательно вздыхая, ем...
- Ты меня слышишь??
- ""Пройдите мимо нас и простите нам наше счастье"", мама, - с набитым ртом цитирую ей Достоевского.
- Блаженная... Дура дурой.
Уходит.
Может быть... Зато меня любят!
Глава 47 - Всё починили
Наташа
С двумя пакетами в руках, иду по знакомой улице, к Сашиному дому. Не дождалась я утра субботы…
Погода просто волшебная.
Зима решила отступить пораньше и с крыш радостно капает, хрустальные сосульки сверкают на солнце.
Расслабив на горле шарф, вдыхаю полной грудью кислород. Я по нему голодала в больнице.
Ставлю пакеты у ворот дома Иштаровых и, с любопытством, подхожу к дому Вячеслава, в котором жила. Там делают ремонт крыши и внутри работают какие-то шумные инструменты.
Стою в открытых дверях во двор. Сбоку - груда обгоревших досок. Прямо на клумбе... И несколько декоративных кустов сломаны под корень.
Жалко...
Увидев меня, один из чернявых работников выключает болгарку.
- Добрый вечер, а где Вячеслав Иваныч? - вежливо спрашиваю я.
- А Вы кто?
Ну...
- Жена, - пожимаю плечами.
Всё ещё.
- Ааа... десять минут подождите, за строительной смесью уехал.
Несколько моих кухонных красивых полотенчиков так и висят, ""сохнут"" на верёвке. Их треплет ветер. Летит строительная пыль. Собираю их, аккуратно складывая.
Вижу приближающуюся машину Вячеслава.
