Внезапно, плоскомордый, сидящий на спинке дивана с другой стороны от Наташи, изъебнувшись, лупит по моей руке. Попадает по бокалу, переворачивая его окончательно.
Смотрю выразительно в глаза рыжей твари.
Ты посмотри какой говнюк! Надо же, и потрогать нельзя твою хозяйку?
Он испепеляет меня взглядом в ответ.
- Ой... - теряется Наташа, отлепляя мокрую ткань от... тут же затвердевших маленьких сосков.
Мм... Как всё роскошно у Вас, барышня!
Невольно улетаю в фантазию, как облизываю с них шампанское. И даже ловлю тактильное ощущение на языке и от шампанского и от твердого сосочка…
Ладно, живи, шерстяной.
Мне зашло…
Наташа поднимает на меня беспомощный взгляд, держа на весу пальцами ткань.
- Сейчас починим... - хрипло обещаю я.
4.2 Александр
Веду ее по лестнице наверх, в Лизину комнату. Барышня моя очень неуверенно стоит на ногах."
"Ну и я, конечно же, не собираюсь пользоваться моментом. Но покайфовать от фантазий же не воспрещается? Это, считай, законное право любого мужчины.
И я залипаю, откровенно пялясь, на то как двигаются ее выразительные ягодицы под тканью при каждом шаге.
И представляю, как роскошно они будут ощущаться в ладонях. Сжать их... и насадить на себя эту прелесть.
Наташа внезапно останавливается на верхней ступеньке. Я слепо плавая в своих фантазиях, влетаю ей в спину, подхватывая за талию.
- Пардон... - убираю руки от нее, открываю дверь. - Тебе сюда. Это комната Лизы. Она здесь уже не живёт. Располагайся. Здесь есть своя душевая. Вот чистые полотенца. Давай, поищем что-нибудь, во что тебе переодеться.
..
Открываю антресоль. Туда Лиза обычно убирает вещи, которые не носит.
- О... Вот это будет отлично, мне кажется.
Бросаю на кровать турецкий бордовый халат в прозрачном пакете. Это я покупал, но не угадал с ростовкой. Рукава оказались коротковаты. Лиза высокая. А Наташа миниатюрная, ей будет в самый раз.
Под ногами, но полусогнутых плоскомордый шмыгает под кровать.
- У Лизы нет аллергии на котов? - беспокоясь, спрашивает Наташа.
- К сожалению, нет. Со своим она спит в одной кровати, - закатываю глаза.
- А у вас есть кот?
- Да. Ромкой зовут. Шмелёвым.
- А… Рома! - доходит до неё. - Они такая хорошая пара.
Нет, она решила угрохать мою эрекцию!
Наташа разворачивается к окну и, обняв себя за плечи, смотрит вниз. На дом. И как-то вся неуютно зажимается, поднимая плечи.
Фонари, конечно, освещают улицу, но даже под ними масштаб трагедии особо не поймёшь.
- Так, давай-ка… - разворачиваю ее за плечи.
Задергиваю штору.
