Закапывает снегом.
Во двор спрыгивает ещё один кот. Черный, бывалый. С отмороженными ушами.
Ощериваясь друг на друга коты замирают.
Завывая, черный начинает щемить Севу. Сева - капитулирует…
- Ну! Всеки черному, чего уши поджал? - негодует Александр. - Где твои яйца?
- Так, чикнули ему наверняка достоинство. Вот и щемится, - слышу Ромин голос.
- Нет, это не кот, это задрот! Он же в два раза тебя меньше! Ну?.. Ой, позорище...
- Но это наш задрот, и черный зашёл на чужую территорию, - парирует Рома.
Подходит к сугробу и лепит снежок.
И запускает в черного.
Мажет.
- Не протрезвел, что ли? - лепит Александр тоже.
Попадает чуть выше в профильный забор. От грохота коты разбегаются.
Рома присаживается на корточки.
- Кыс-кыс-кыс...
Мявкая и поджимая лапы, Сева бежит к нему. Забирается на руки. Шмелев поднимает его.
- Нормальный кот, чо Вы...
- Ладно, неси его домой. Простынет ещё этот доход. Проблем не оберемся.
Возвращаются.
В панике, подскакиваю с места и выхожу в гостиную. Как в глаза теперь смотреть?
Рома убегает наверх, не заглянув в гостиную.
Смотрю не моргая в глаза Александру, пытаясь увидеть там - было ли.
- Утро недоброе, - ворчит он грубо. - Кофе хочешь?
Помятый слегка и недовольный.
Кофе? Кому нужен кофе после такого? Я хочу не кофе, а упасть в обморок и впасть в кому. На пару месяцев. Чтобы всё это без меня...
- Ладно, извини, - взъерошивает волосы.
Извинить за что? Можно хоть какие-то детали??
Продолжаю стоять истуканом с острова Пасхи. Думаю, даже точно с таким же выражением лица.
- Наташ? - настороженно. - Всё нормально?
- Нет...
Оседаю фрустрированно на диван.
Делает шаг ко мне, по-хозяйски ловя мой подбородок и задирая вверх лицо.
- Чо случилось? - хмуро.
- Всё. Всё случилось.
- Ну-ка... - присаживается передо мной, выправляя воротник халата.
- Ну... - истерично дрожит мой голос, я загибаю пальцы. - Мне изменил муж... Я развожусь... Я потеряла работу... Дом сгорел... Мои вещи - тоже... Я переспала пьяная с чужим мне человеком.
.. И... даже не помню этого! А теперь он мне хамит.
- С кем?! - шокированно поднимается его бровь, лицо дёргается.
Мы смотрим друг на друга с недоумением.
- С тобой... - шевелю губами.
- Ха... - угорает он, поднимаясь. - Если бы со мной, утро было бы добрым!
Тянет на себя, заставляя встать.
- Пойдем, страдалица! - смотрит на меня с усмешкой. - Кофе тебе сварю. Переспала она... Отрубилась как сурок!
Зажмуриваюсь. Потом закрываю ладонью глаза.
