Чтобы я покаялась и остановила ее, пообещала ей быть ""хорошей девочкой"" и ещё что угодно, чтобы сохранить ее расположение.
Но я не стану.
Мне очень неприятно сейчас за себя и за нее. Что мы в такой ситуации. Мне жаль, что она обижена. Но... нет.
- Спасибо, мам, что приехала...
Сжимает челюсти.
Мне кажется, из меня выжимают сок этим взглядом.
- Мне жаль, что ты меня не одобряешь. Но пойми меня, пожалуйста...
- В чем?
- Я влюблена, - пожимаю плечами. - Я счастлива с ним.
- Может, ты у меня недоразвитая? - горько бросает она.
- Сорок лет скоро. Девица бальзаковского возраста! Влюблена она! - с отвращением.
- Тридцать пять, - обиженно хмурюсь. - До свидания, мам.
- Номер мой можешь стереть. Все равно на звонок не отвечу.
- Ладно.
Хлопает дверью.
Есть какой-то глубинный детский подсознательный страх, когда она отворачивается. Словно теряешь опору. Вдруг правда что-то серьезное, а у меня нет родного человека, чтобы помочь?
Это гложет.
Стараюсь отмахаться от этого знакомого разъедающего ощущения. Не очень-то она помогает, верно?
И опять ныряю в свои переживания от Иштарова.
Мне хочется танцевать... И я даже не чувствую усталости!
Быстро собираюсь, убираю влажные волосы под шапку. И бегу до университета.
В коридоре, опаздывая, врезаюсь в толпу студентов.
- Наталья Антоновна, доброе утро!
- Здравствуйте, мои хорошие, - улыбаюсь я им.
- Как у вас дела?
- Ну… прорвемся.
- “А этот год новый тот был старый, тот был фиговый это будет звездатый!” - зажигает в поддержку Ванечка Яшин.
Парни поддерживают его дружной тусовкой.
Смеясь, пробегаю дальше, слушая, как их отчитывают с деканата за шум и песни.
Захожу, опоздав, на кафедру.
И там, немного не в форме, и плавая в своих фантазиях, хлопаю рассеянно глазами, слушая сбивчивый и недовольный бубнеж Вячеслава Ивановича.
Закидываю в рот пластик мятной жвачки, вспоминая мамины упрёки.
- Попрошу всех оформить методические материалы по курсам. И сдать мне для кафедрального отчета. Наталья Антоновна...
- А? Да? - выплываю из своих фантазий.
- Методические материалы.
- Так я больше не веду дневников.
- Так Вы же вели в семестре.
- Прошу прощения, но меня ангажировали для работы с заочниками и вечеринками. А этот курс теперь Ваша головная боль. Я Вам в ассистентки не устраивалась, методички писать. Я доцент всё-таки.
- Ясно. Ну что ж... - разводит руками. - Заседание закончено. Все могут быть свободны.
Лент у меня нет, и я остаюсь за столом, проверить пару рефератов, которые донесли студенты.
