Натюрморт с воронами

— Ну что ж, — глубокомысленно заметил Пендергаст, наблюдая за этим процессом, — гуманно, очень гуманно.

Кори нервно переминалась с ноги на ногу и отворачивалась. Она знала, что будет дальше."

"Конвейер двигался в окошко на противоположной стене. Пендергаст подошёл поближе и заглянул в следующий цех. Кори неохотно последовала за ним. Следующее помещение было большим и круглым. Конвейер доставлял туда неподвижные тушки индеек, а посередине комнаты работал большой автомат, отсекающий им головы острым как бритва лезвием.

Кровь брызгала на стены и стекала ручьём в большой чан. С одной стороны конвейера сидел человек в халате и с длинным ножом, похожим на мачете. Ему полагалось прикончить тех птиц, которых по тем или иным причинам пропустила машина. Кори не выдержала и снова отвернулась.

— Как называется этот цех? — спросил Пендергаст.

— Кровавый, — ответил Бледсоу. Он уже перестал возмущаться и не без удовольствия выступал теперь в качестве гида.

— Вполне подходящее название, — отозвался Пендергаст.

 — А что происходит с кровью?

— Её сливают в большие цистерны, а потом куда-то увозят. А что происходит дальше, понятия не имею, — пояснил парень.

— Думаю, добавляют в корм для животных, — предположил Пендергаст. — Тут всё залито кровью.

Кори передёрнуло. Здесь всё было так же ужасно, как и на кукурузном поле, когда она увидела безжизненное тело Уилли Стотта.

— А куда потом поступают индейки?

— В ошпарочный цех.

— Ясно. А как вас зовут?

— Барт Бледсоу, сэр.

Пендергаст дружески похлопал его по плечу.

— Очень хорошо, мистер Бледсоу, ведите меня дальше.

Они миновали кровавый цех, прошли по длинному коридору и оказались в огромном мрачном помещении, напоминающем пещеру. Здесь конвейер делал поворот и доставлял тушки индеек к большой ёмкости, где их окунали в кипящую воду, а потом сдирали перья и вынимали потроха. В этом помещении было очень шумно, а запах стоял такой, что голова шла кругом. Кроме того, здесь было так жарко, что Кори сразу ощутила на руках и других открытых частях тела мелкие капельки конденсированной жидкости.

Она впервые пожалела о том, что не осталась в машине.

— Что здесь происходит? — допытывался Пендергаст, вполне освоившись с ролью экскурсанта.

— В ошпарочном цехе птицу обдают горячим паром, потом окунают в кипящую воду и очищают от перьев.

Пендергаст посмотрел туда, где с конвейера свисали уже почти голые тушки индеек.

— А дальше куда их направляют?

— В потрошильный цех.

— Ну что ж, вполне логично.