Говорил, что Марк снова начал творить и даже ездил с Катькой за материалами. Накупил кучу каких-то станков, оборудовал в замке настоящий цех и буквально дневал и ночевал в своей мастерской. Он спрятался за своими куклами от всего мира. И я выдохнул от облегчения, потому что он перестал подыхать. А через несколько лет так и вовсе удивил, решив жениться.
За воспоминаниями, струящимися в голове, как серая лента шоссе, не замечаю, как подъезжаю к дому Алины. Объезжаю дом со стороны, откуда Алина меня не увидит. Заодно прощупываю почву.
Но кроме Лелика, сменившего Василия, нет никого, кто мог бы следить за девчонкой. Если конечно, Василий не сдал меня с потрохами, тогда в квартире я найду уже остывший труп.
Паркую «сапсан» в соседнем дворе, прогулочным шагом иду к Лелику, попутно осматриваясь. На детской площадке сидят две девушки с колясками и о чем-то болтают, из подъезда дома выходят двое подростков и уходят в сторону автобусной остановки. Кое-где просыпаются жители: мужик курит на балконе, барышня в деловом костюме кого-то костерит по телефону совсем не женственно, а потом остервенено пытается открыть дверцу машины и удается у нее не с первого раза, еще одна девушка возвращается с пробежки, а за углом на меня чуть не налетает старик с болонкой на поводке.
Обычные люди. Обычная суета. Ничего подозрительного. И я облегченно выдыхаю, садясь к Лелику в машину.
— Как Плаха? — сходу спрашивает Лелик."
"— Жить будет, — короткий ответ и облегченный выдох друга, теперь я не сомневаюсь. Но все равно избавляю Лелика от подробностей.
— А как наша девочка?
— Из дома не выходила. К ней тоже никто не приходил, — Лелик кивает на маленький монитор, где Алина пьет кофе. Светлые волосы стянуты в хвост, на кукольном лице – никакого макияжа, а под тонким халатиком – красивое загорелое тело. Демонстрировала, пытаясь меня соблазнить. Вот только сейчас она выглядит уставшей, словно сбросила маску. И это странно. — Красивая, — протягивает Лелик. — Жаль, что сука, — добавляет со вздохом.
— Она профессионалка и за свою работу получает хорошие деньги, — смотрю в окно, раздумывая, как правильно поступить.
Странно, что Загорский с таким осведомителем у меня под боком, не убрал Алину. Она ведь свидетельница, да еще какая. Надоело играть? Или и в его игре что-то пошло не так? Гадать бесполезное занятие. Остается идти к Алине и разговаривать. Выдыхаю, приняв решение. Но сперва звоню сестре.
— Все в порядке, братишка, — без приветствия отвечает Карина. — Маша завтракает.
