Открыв перед ней дверь, я еще раз бросил испепеляющий взгляд в сторону Артема. Он уже поднялся на ноги, продолжая тяжело дышать.
– И он останется моим телохранителем и дальше.
Я молча кивнул и закрыл за ней дверь.
По пути домой мы не произнесли ни слова. Я время от времени бросал взгляд в ее сторону. Аня хранила молчание, спокойно смотрев на наши сцепленные руки.
За горизонтом уже проявлялся рассвет, когда мы вернулись домой. Я сразу же отправил свою жену спать. Аня не сопротивлялась и вскоре уснула. Я долго боролся за сон, но он так и не пришел.
Окончательно сдавшись, я спустился вниз в поисках завтрака. На кухне я застал Галину Анатольевну с Ромой. Мой сын пытался размазать кашу по столу.
– Давай я тебя покормлю.
Малыш улыбнулся при виде меня и послушно открыл рот. У него всегда был хороший аппетит. Мне нравилось кормить его и играть с ним. Каждый раз, когда я проводил время со своим сыном, напоминал мне о младшем брате, когда тот был его возраста. Ведь о нем заботились только я и Галина Анатольевна.
Поднося последнюю ложку ко рту Ромы, я услышать топот ног на лестнице и вскинул голову. Сонная Аня вбежала на кухню. Она ни с кем не поздоровалась и была жутко взволнована. Вот этого я и боялся. Моя жена стала сходить с ума.
– Аня, ты поспала всего два часа. Тебе нужно вернуться в постель.
Она меня как будто не слышала. Моя жена стала нервно искать что-то, открывая подряд все шкафчики на кухонном гарнитуре.
– Аня! – громче крикнул я, но она не реагировала.
Я встал и направился к ней, чтобы обхватить ее за талию.
Аня стояла на стуле и искала что-то на верхних полках.
– Прекрати сейчас же! Ты можешь упасть.
– Нашла! – воскликнула она и села на столешницу, с аппетитом вгрызаясь в плитку шоколада.
– Что происходит? – заволновался я, обхватывая ее лицо.
Аня взяла мою руку и опустила себе на живот.
– Подержи пока здесь. Он всегда реагирует на твои прикосновения и на сладкое.
Я положил обе ладони на ее живот и погладил. Аня с жадностью запихивала в себя шоколад.
– Объясни, что происходит?
Потому что, мать твою, я был в полном недоумении.
– Он не шевелится… – ответила она с набитым ртом.
Мои ладони замерли. Я действительно его не чувствовал. Малыш всегда толкался, когда я гладил Ане живот.
– Как давно?"
"Я почувствовал, как начинает дрожать мой голос.
– Я… Я не помню. Кажется, вчера, но я не уверена.
– Блять!
– Столько всего произошло, и я просто не обратила внимание, а сейчас мне приснился плохой сон и…
Я не стал дослушивать.
