Хорошо? Ты же придешь?
— Да! — громко восклицает Юлька.
— Отлично!"
"— Лариса, я сейчас тоже уезжаю, подвезти до дома? — спрашивает Максим, будущий труп, Валерьевич. ""Какого? Нет, Максимка, тут есть другие претенденты, желающие подвезти даму"".
— Простите, но мы с дочерью первые хотели украсть Ларису, — выдаю максимально добрую улыбку, на которую только способен. Только бы зубы не раскрошились и вены на шее не лопнули.
— А, да? Тогда прошу меня извинить! — Валерьевич поднимает руки, как бы уступая.
Вроде и тактичный он мужик, а все равно накаляет меня.
Перевожу взгляд на Мурашку и приподнимаю брови, мол: “Чего встала? Идем!”.
Наконец-то мы все прощаемся и выходим из помещения школы. Зачем-то осматриваюсь по сторонам, будто пытаюсь найти ее возможного спутника.
— Одна? — тихо бросаю вопрос, чтобы дочь не услышала.
— Конечно, одна, а с кем я могу быть? — также тихо прилетает ответ.
— А где утром была?
Она бросает на меня недоброжелательный взгляд. Что, зашел на запретную территорию? Коснулся не той темы?
— Миша, я думаю, это мое личное.
Отвечать не собираюсь.
— Ух ты! Понял, понял, — прекращаю, зарождающуюся “тихую” ссору и перевожу взгляд на дочь. — Малышок, я сегодня выходной взял. Так что, домой или гулять?
— Пап, ну конечно, гулять! Ты глупенькие вопросы не задавай, — говорит, подражая взрослому голосу. — А Лариса с нами? — строит ей глазки маленькая лиса.
— Почему бы и нет. Предлагаю пойти в океанариум. Ты была там?
— Не-а.
— И я не была. Папа Миша, вы не против?
— Не против.
Всю прогулку я только и делаю, что бросаю косые взгляды на Мурашку и плетусь позади. А девочкам хоть бы что, такое ощущение, что про меня и вовсе забыли. Но когда из океанариума, мы перемещаемся в игровой центр и оставляем там Юльку, меня вновь накрывает.
— Лариса, можно вопрос в лоб?
— Давай, отчего ж нет.
— У тебя кто-то уже есть?
Мурашка долго смотрит на меня пронизывающим взглядом, затем опускает его вниз и качает головой, а затем резко вскидывает голову и убивает меня своим ответом:
— Да, Миш, у меня есть мужчина…
Глава 33
Миша
В одном микромоменте задохнулся.
Ее слова отравили меня горьким ядом. Долбанная Мурашка расстреляла меня, как ту мишень в стрелковом клубе.
Прыскаю каким-то смешком на грани истерики. И с улыбкой выталкиваю из себя:
— Можешь быть свободна, девочка. Гуляй.
— Миш… — смотрит на меня так бесстыже, в упор.
Еле сдерживаюсь, чтобы еще больше не наговорить. Нет, ну ее к херам собачьим. Разворачиваюсь и топаю на улицу.
