И я не верю в то, что Миша тебя бил. Не старайся меня запугать.
— А что, если через год или два и с тобой случится подобное?
— Я очень далека от того, чем занималась ты.
Олеся начинает громко смеяться.
— Я тебя поняла. Борщи и сутками сидеть одной с двумя детьми, один из которых тебе будет не родным, — предел твоих мечтаний. Ну хорошо, глупенькая девочка, тогда могу пожелать тебе удачи. Главное — Мишку не зли, чтобы оплеух не отвесил, а рука у него тяжелая, поверь мне, — она берет с раковины свою сумочку, проходит мимо меня, а затем за моей спиной хлопает дверь.
Ушла.
— Вот стерва! — говорю, и мой голос в пустом помещении отдается эхом, сминаю бумажку с ее номером телефона, бросаю в урну и возвращаюсь в зал.
Но если бы я тогда знала, что в скором будущем готовит мне судьба, возможно, призадумалась бы над словами Олеси получше…
Глава 47
Миша"
"После появления Леси на пороге моей квартиры и всей чуши, что она заливала мне в уши, я сразу навел шороху, поднял Артура и еще несколько человек.
Мне нужна была каждая деталь, даже мелкая, о жизни Олеси за последние года. В идеале всякая чернуха. Херов ей полный багажник, а не дочь.
В эту же ночь с пятницы на субботу помятый Бессонов уже стоял на моем пороге.
— Выглядишь как дерьма кусок, — бросаю и отхожу в сторону, приглашая его жестом руки. — Случилось что-то?
Арт всегда идеален, даже бухой, даже после ночи безудержной тусовки, оттого видеть его в таком состоянии, честно говоря, удивительно.
— Ты тоже не лучше, — зеркалит меня, но основной вопрос игнорит.
Скидывает свою обувь, сует мне в руки ноут, хлопает себя по карманам, будто что-то ищет, вздыхает и плетется в гостиную. — Че, все-таки вылезла мышка из норы? Я так и думал, кстати. Это, братишка, свари кофе, я пока, наверное, в душ схожу, а то и правда, ощущаю себя мусорным бачком. Полотенце найду сам, — бросает на ходу и исчезает в коридоре.
Да уж, стеснение и Артур, вещи несовместимые. Но на самом деле так он себя ведет далеко не со всеми, а лишь с теми, кого считает близкими людьми, а я-то уж точно в этом списке.
И все же… Странный он сегодня.
Колдую вокруг кофемашины, параллельно делаю пару тостов с маслом, сыром и пластинкой ветчины. Арт появляется в моих домашних штанах, которые ему велики, так как мы разной комплекции, в тот момент, когда я сервирую стол.
— Ты уже мой гардероб успел перешерстить? Трусы, надеюсь, не мои на тебе?
— О, бутики! Живем! Спасибо братишка, — игнорируя мои вопросы, говорит он.
