— Давай начистоту, я немного приврал в объявлении, мне не нужна уборка в обмен на комнату, нет, нет так, — замолкает на секунду, словно подбирая слова, — уборка мне тоже нужна, но это не главное, у меня нет времени заниматься домом, так же, как нет времени искать девок на стороне, словом, мне нужно… черт, да не смотри ты так, с толку сбиваешь.
— Я не понимаю.
— Мне нужен секс, понимаешь? Уборка, готовка и секс, — ошарашивает меня своей прямотой. — Ты не подходишь, — продолжает бить словами.
Только не расплакаться, только не расплакаться.
Сначала нужно выйти отсюда, потом можно будет.
— Простите, я поняла, — киваю и разворачиваюсь, позволяя ему открыть дверь. Может, и хорошо, что я выгляжу настолько убого, не знаю даже, как бы выдержала, предложи он мне расплачиваться телом за жилье. — До свидания, — не смотрю на него, выхожу из квартиры и срываюсь прочь, бегу вниз по лестнице, едва сдерживая предательские слезы и не понимая, что делать дальше.
Глава 1
Все в жизни не случайно, у всего есть причины, так говорила мама.
И сейчас бы я с ней совершенно не согласилась, поспорила бы даже, потому что, глядя на орущего мужика, которому я, конечно, не нарочно, но отдавила ногу, наехав на нее телегой, набитой коробками молока, я никак не могу понять, каковы причины вот такого идиотского начала моего рабочего дня, и какого черта небритый мужик с гнездом на голове и темными очками на глазах, на минуточку, в середине декабря, делает в такую рань в нашем супермаркете на отшибе города.
На отдавленной ноге вселенная, отчего-то меня возненавидевшая, не останавливается. Пошатнувшись, несколько верхних пакетов шмякаются на пол, лопаясь и выпуская наружу все свое содержимое. Белая жидкость, по закону жанра, долетает до черных брюк несчастного мужчины.
— Ты, блядь, совсем дура, что ли? Ни хрена не видишь? — начинает орать пострадавший, а я… я просто понимаю, что в зале мы одни, нет никого в такую рань, и если мужик решит сейчас меня прибить, то никто не поможет, не успеет просто.
— Простите… простите, пожалуйста, я… я все оплачу, — начинаю глупо лепетать какую-то абсолютную ересь.
— Что ты оплачивать собралась, криворукая? — он не убавляет звук, только отходит от меня на пару шагов назад, осматривает свои пострадавшие туфли и брюки. — Понаберут идиоток по объявлению.
— Я…
— Что происходит?
Не успеваю ничего понять, ровно как и сказать, потому что за спиной раздается голос Аллы Владимировны — нашего администратора.
