Наумовна. Начало
0 прочтений
Вот одинокие женщины…, а как ты поймешь, что им надо-то? Как осознаешь, какие мужчины им подойдут? Мужчина же не телёнок, которого можно взять за ноздри и отвести к определённой женщине. У него тоже есть чувства и эмоции.
Дверь хлопнула как-то слишком уж эмоционально. Наумовна резко подняла голову от стола, на котором лежали маленькие листочки с именами. Она весь вечер их крутила и так, и этак, пытаясь найти хоть какие-то точки соприкосновения.
На кухню, чуть пошатываясь, вошёл Миша. Не обращая внимания на бабушку, он подошёл к холодильнику, пошарил в нём, чем-то звеня и вытащил бутылку водки, оставшуюся еще с похорон его деда.
- Миш, случилось что? – Нахмурилась Наумовна, наблюдая за внуком.
Тот дёрнул плечом, сорвал с бутылки крышку и принялся пить. Залпом. Прямо из бутылки. За то время, пока Агриппина поднималась с табурета и шла к нему, осилил почти половину. Она резко вырвала у него из рук тару и, повернувшись к раковине, вылила туда остатки алкоголя.
- Ба, ты чего наделала? – Рыкнул Михаил и, пошатнувшись, схватился за стоящий позади него холодильник.
- Это ты чего делаешь? Я понимаю, когда есть повод. Под хорошую закуску, да в приятной компании. Это можно, - она подбоченилась. – А вот так среди ночи, не поужинав да с налёту…. Не дело это. Рассказывай, чего случилось!
- Ничего, - буркнул он так, что сразу стало понятно, что случилось что-то очень серьёзное.
- Ежели ничего, то чего это ты запивать придумал? Ты же к крыске своей уезжал, - припомнила Наумовна. – Бросила она тебя что ли? – По тому, как Миша скрипнул зубами, она поняла, что права.
- Ничего не случилось, проворчал Михаил, но за стол уселся.
- Вижу я, как ничего не случилось. Ешь давай, - подвинула она ему бутерброд с мясом. – Крыска эта твоя умеет по больному бить. Все эти мымры расписные одинаковые. Так на что надавила-то? – Спросила она, разливая коньяк по рюмкам.
