Мирски отправил агентов, проводя свое расследование — благо он директор отделения, и может себе позволить тратить ресурсы как ему вздумается, особенно если для дела. Результаты были ожидаемые. Тьюринга не было, он не существовал физически, ни детства, ни юности, ни одного человека, кто бы его знал или мог опознать. Как выяснил Мирски, мистера Тьюринга знал только один человек, курьер Алекс Монкур, давно исчезнувший без следа вместе с ним, отправившись в поездку. А вот теперь пробьем и его… И снова пусто. Монкура не существовало тоже.
Тоже взялся ниоткуда, тоже никто его не знал… Ну от этого хоть фоторобот остался, составленный художником по словесному портрету — кстати, это тоже выглядело подозрительно. Чтобы у молодого пацана не было ни акка в инсте, ни в мордокниге, ни в других социальных сетях? Да увольте. Молодость, гормоны брызжут, хочется самоутвердиться и выложить фотки где только можно."
"Значит, подозреваемых уже двое… Нет, все-таки только один, Монкур. Тьюринг давно почил в бозе, месяц назад погибнув в ДТП, причем тело не смогли опознать даже по ДНК… Не смогли опознать? Вот она, зацепка.
Кто-то хорошо знал, как избавиться от тела так, чтобы криминалисты полицейского управления Нью-Йорка ничего не нашли, да они и не искали особо. Помер, да и помер, претензии никто не предъявлял. Покоится, наверное, в безымянной могиле. Да и что это даст? Кроме фотографии в водительских правах ничего и нет, эксгумация ничего не даст, только отнимет время и ресурсы. Оставался Монкур. Вот за этот хвост и надо тянуть.
Мобилизовать все ресурсы, поставить его в список особо разыскиваемых… а на каком собственно основании? Ордера не будет, предъявить ему нечего. Только что пришить какое-нибудь нераскрытое дело по тяжкому преступлению или терроризму? Надо подумать.
Мирски чертыхнулся. Ему здорово хотелось курить, но не в рабочем же кабинете? Нарушение корпоративных правил. Да и борьба с курением тут велась такая, что и поблизости не покуришь, щтраф выпишут даже ему. Мирски зажмурился, задержал воздух, потом с шумом выдохнул.
Раньше это помогало при ведении наблюдения, когда курить было нельзя. И все-таки пара затяжек «Америкен Спирита» была бы как нельзя кстати, крепкие, заразы, от них никотин аж с ушей капает. Чертовы правила…
Бенито «Бенни» Больцано с отвращением толкнул туфлей стоящего на коленях Джованни Лампони, отчего тот опрокинулся на спину, больно ударившись связанными за спиной руками.
— Ты опозорил семью Больцано, Джованни. Ты — человек без чести.
