Вдруг я увидел точку на горизонте, которая, быстро приближаясь, росла в размерах, и когда я смог ее рассмотреть, вздохнул от зависти. Над волнами парил, по-другому не скажешь, окутанный облаком брызг сине-белый корабль береговой охраны РИ. Пер он так довольно быстро, узлов пятьдесят, чему я совсем не удивлялся — подводные крылья поднимали его в воздух. Вот милях в двух он замедлился, крылья ушли в воду, и он превратился в обычный корабль. Сторожевик медленно подошел к нам, урча турбинами на малом ходу, притом нас ощутимо качнуло — катер-то он катер по классификации, только вот у него водоизмещение в эннадцать раз побольше.
— Эй, на «Эсперансе»! — перегнулся через леер каплей. — Сколько вас там?
— Двое. Один не при делах, спит.
— Поднимайтесь на борт!
И за борт полетел веревочный штормтрап. Я не стал заставлять себя ждать, перевесил сумку через плечо, и примерившись, прыгнул через полоску воды между судами, вцепившись в мокрую ступеньку, и полез наверх. Тут меня уже подхватили руки матросов.
— Пойдемте за мной, — подал жест каплей.
Я пробирался по палубе, нагретой тропическим солнцем до состояния железки в парной.
— Проходите! — каплей распахнул дверь в рубку.
— Вы агент «Навь»? — повернулся ко мне кап-3, видимо сам капитан этого корабля.
— Да, — сказал я.
— Вам пакет, — капитан кивнул, и вынул из кителя сложенный конверт.
Я чуть не застонал. Что, опять инструкции? Прыгнуть за борт и плыть до Маракайбо? Слава богу, нет. Была только короткая записка от Воронцова, где он подтверждал полномочия капитана, и советовал следовать его указаниям.
— Понятно.
— А с этим что делать? — капитан показал в сторону иллюминатора, за которым где-то в той стороне за бортом была «Эсперанса».
— А пусть себе плывет, — махнул рукой я. — Он честно свою часть сделки выполнил.
— Ваше право, — неодобрительно покачал головой капитан.
Я пожал плечами.
— Ну тогда пройдемте в мою каюту. Через двадцать минут будем на базе.
— Хорошо, — прислонился я к переборке. Теперь я не спешу, по крайней мере сейчас.
Я почти дома.
— Я считаю, что нужно брать Ладогина, начальника исследовательского комплекса «Ретровира», — Драбицын изучал фотографии холеного породистого мужчины, явно довольного собой.
— Согласен. Даже думаю с него и начать, — Радогорцев изучал схему здания, взятую в секретном архиве. — Хотя уже и поздновато будет. Исчезновение разработчика они заметили, и замели следы. Наружка его ведет, пока никаких особых телодвижений не замечено.
