Особенно в свете того, что из-за новых коллег по работе запросто можно оказаться за порогом ведомства куда как раньше, чем наступят проводы на заслуженный отдых…
Глава 5
Камни застучали по стеклянным дверям, отскакивая от них и падая обратно на мостовую. Нападавшие были подкованы — сначала по окнам и всему, что стеклянное и легкобьющееся, летят булыжники, затем в проделанные проломы — бутылки с горючкой из бензина и масла, чтобы разбиться внутри и охватить как можно большую площадь. Но в этот раз у поджигателей ничего не получилось, двери были из бронированного стекла, а окна, уже из стекла армированного, дополнительно оклеены брюксафолем.
Издали раздался вой полицейских сирен, и замаячали красно-синие отблески спецсигналов.
— Валим! — трое черных в натянутых капюшонах худи и с разрисованными черепами масками на лицах, бросили отскочившую от двери бутылку, разбившуюся у ног, и дали деру — встреча с полицией в их планы явно не входила.
С утра я разглядывал художества на стенах, оставленные нападавшими.
Бэнкси бы убился ап стену, увидев нарисованный одним росчерком аэрозольного баллона исполинский фаллос — надо же, даже оволосение схематично изобразили — и надпись «BLM». Лозунги про белых свиней и проклятых капиталистов тоже присутствовали в ассортименте.
— Даже странно, — осторожно провела пальчиком Энн по следам, оставленным булыжниками на дверях, трогая выбоины со змеящимися осколками. — Никогда такого не было.
— Что не было?"
"— Да вот этих вот расовых наездов в этом районе.
Одно из самых спокойных мест в городе, и на тебе…
Ну насчет «спокойного» я бы мог поспорить — по меркам Лос-Анджелеса может быть оно и спокойное, а вот в целом…
Кроме покоцанных окон и дверей, спокойствие не добавляло и выжженное пятно на асфальте. Круто взялись за дело, круто. Хотели не просто выразить свое «фи», а спалить фирму. Черт его знает, кто это был — в разбойников-активистов я не верил, им хорошо хвосты накрутили сами граждане, взявшиеся за оружие для защиты своих домов и магазинов от бездействия местных властей, подтверждая известную поговорку о том, почему на олимпиадах белые побеждают в стрельбе, а черные — в беге.
Тут может быть кто угодно — от сталкеров с психическими отклонениями, чей кофе из «Старбакса» ты случайно разлил, толкнув его на бегу, до происков конкурентов. Но какому же из конкурентов ты так больно отдавил хвост, что он решился на крайние меры? Вот потом и узнаем, проследил я за копом, выходящим из нашего здания.
