Наваждение генерала драконов (СИ)

На мои глаза навернулись слезы, но проморгавшись, я с усилием подавила ту боль, что всплыла на поверхность.

— Не знаю, — пробормотала я. — Нужно найти Ульви...

— Меньше всего мне сейчас хочется слышать об Ульви! — слишком грубо выдохнул он. — Почему ты всегда думаешь о нем?

— Не рычи, Хэил, — шепнула и, подняв руку, накрыла пальцами его губы. — Не дави. Я не враг на поле боя, меня не нужно сметать силой.

— Прости! — уже спокойнее произнес он и, сжав, прижал к себе. — Может, мы просто погуляем, Айла.

— Просто? — Моя рука скользнула вниз, но он поймал ладонь и снова прижал к своим губам целуя.

— Да... просто. Это очень красивая роща, здесь растет черная ольха. Местные детишки прибегают сюда и собирают маленькие шишечки.

— Зачем они им? — Мне стало спокойнее, оттого что он сам сменил тему.

— Для украшения, конечно же, — хмыкнул дракон. — Да, погулять — просто превосходная идея...

Мы двинулись по узкой тропинке. Конь Хэила легко выдерживал наш вес. По сторонам росли высокие раскидистые деревья.

Разговор не клеился.

Обнимая генерала за плечи, я боялась себе признать, что он не просто затронул мое сердце, а впился в него когтями... Слишком резко, так глубоко, что, кажется, оно закровоточило. Нет, я не желала этого.

Мне для счастья хватало памяти об Оуэне.

Эмоции потихоньку стихли, и в сознание ворвался голос разума. У Хэила была истинная.

Почему-то мне хотелось в это верить. Самообман? Может быть.

Нужно вернуться в дом, закрыться в комнате и разобраться со своими чувствами. Подальше от этого мужчины, прочь из его теплых и таких надежных рук, обещающих так много ласки, так много любви...

Любви, о которой я желала не знать!

— Наверное, лучше пересяду на свою лошадь, — мой голос прозвучал намного тише и неувереннее, чем мне бы хотелось.

Руки дракона мгновенно напряглись и стали тяжелее. Я попыталась сесть ровнее и вдруг поняла, что мне просто не дают этого сделать.

Подняв голову, я натолкнулась на острый взгляд драконьих очей, густое фиолетовое пламя бушевало, скрывая серую радужную оболочку. Его губы скривились и сжались в тонкую линию. Он злился.

— Нет, — рык зверя заставил сжаться, — ты поедешь на моих руках!

— Это неприлично, — пробормотала я растерявшись.