Наваждение генерала драконов (СИ)

— Моя... Ты с самого первого дня, когда я увидел тебя здесь в ночной рубашке, стала моей. Остальное дело нескольких битв.

Повисло молчание... Я поежилась, но виду не подала, что холодно.

— Я завидую тебе, моя Айла, — голос Хэйла стал спокойнее. — У меня во снах совсем по-иному. Все, что я вижу — река. Я ищу кого-то, зову, срывая голос. И не нахожу. Не помню ни имени, ни лица того, кого потерял. Пустота и тьма. Холод. А я все зову, не слыша собственного голоса.

— Кто-то важный для тебя? — тихо произнесла, ощущая укол неуместной ревности.

— Я не знаю, — он пожал плечами, — ничего не помню. Совсем ничего. Уж лучше знать в лицо свои страхи, чем вот так, слепым котенком... Но ты, моя девочка, все еще без куртки.

Его руки сжали меня сильнее, мужчина потерся лбом о мое бедро и нехотя отстранил.

— Я думала лечь спать, — произнесла и отступила к двери.

А самой хотелось обратно в его жаркие, даже горячие объятья.

— Да, сегодня совсем холодно, моя девочка, — он снова откинулся на стену, уперевшись в нее затылком.

— Не пойду без тебя, — эта фраза вырвалась прежде, чем я поняла, что говорю.

— Думаю, сначала я надену на тебя свой браслет, красавица, а уж потом объятья и мягкие перины.

— Ах ты, невыносимый дракон, — я покачала головой. — Ты ведь прекрасно понял меня. Я не смогу спокойно спать, зная, что ты сидишь здесь совсем один.

— Здесь я не один, огонек, — прохрипел он севшим голосом, — я рядом с тобой и от этого мне становится легче. Я заметил это еще тогда, в первую ночь.

— И все же, Хэйл, нужно спать...

— Можно я тебя поцелую, Айла? — он вскинул голову и заглянул мне в глаза.

Дракон, зверь. И в его серых, как грозовое облако очах было столько ранимости и нежности, что сердце дрогнуло.

— Это не прилично, — улыбаясь шепнула. — Ты губишь мою репутацию, генерал.

— Я в щечку, это ведь не считается, — взгляд мужчины вновь стал человеческим. — Одно касание губ, невинное.

— Что значит не считается, дракон?! Это, по-твоему, не поцелуй?

И пока мужчина обдумывал ответ, я воспользовалась заминкой и, быстренько подойдя к нему ближе, склонилась и сама коснулась губами его покрытой легкой щетиной щеки.

— Пусть твой сон будет крепкий и безмятежный, мой ты упрямый ящер.

Заглянув в его полные удивления глаза, засмеялась и убежала в свою комнату.

Достав его куртку, обняла ее и укрывшись одеялом крепко уснула.