Наваждение генерала драконов (СИ)

Все же сыновья дружили наши…

— Никогда не дружили, — шепнул Ульви. — Так... Общались, потому как родня. Чего он придумывает? Точно пьян!

Я хмыкнула и покосилась на маман. Она принюхивалась, видимо, ее голову посетили те же мысли, что и сына. Женщина она опытная, сразу понимает, что к чему.

— Ой, как я вам рад, Захарий! — распинался чрезмерно радушный родственничек. — Да вы у меня теперь самые желанные гости! Все для вас...

— Э, как его прет-то! — не унимался брат. — Слышишь, Айла, так ты еще ни на кого не действовала.

Раз взглянул и все к нашим ногам. Может, ты это... его избранная?

Ульви зашипел со смеху как змей. Оскалившись, я одарила его таким взглядом, что статую бы проняло. Но братец-то не статуя, он продолжал откровенно гоготать с меня.

— Я тебе припомню! — рявкнула я вполголоса. — И я видела, чем ты занимался за каретой. Все изыму и маме наябедничаю.

— Ну, так если я прав, то жениха мы тебе уже нашли, выходит, я свободен.

— Ульви, даже не шути так...

В этот момент во дворе заржали лошади.

Наша карета тронулась и покатилась по дорожке. Слуги подняли чемоданы и, краснея от натуги, потащили их к дому. Все! Можно было заселяться. Хлопнув Ульви по шее, стряхнула мертвого комара и покосилась на родителей.

Как бы им намекнуть, что пора бы уже в тепло ближе к еде.

— А Хэил твой прибыл? Так давно его не видел...

Пока мы с Ульви зубоскалили, отец принялся расспрашивать братца за жизнь да за семью. Они вообще словно не замечали ни назойливых насекомых — я шарахнула себя по плечу — ни того, что темнеет и холодает.

— Прибыл, Захарий, — дядюшка тяжело вздохнул. — Вот буквально с вами одновременно. Злой! Как увидел сборище, так наверх. Ни "здравствуйте" никому, ни "как здоровье". Он с каждым годом все отдаляется от меня. Замкнутый, черствый, раздражительный.

— Так ты правда не сказал ему по поводу чего праздник? — вмешалась мама, отмахиваясь от пищащей кусающей нечисти, которой становилось все больше.

— Нет, — дядя поджал губы и зыркнул почему-то на меня.

— Он как узнал по поводу чего слет гостей, так и посоветовал мне самому жениться.

— Не оценил?! — хмыкнула мама. — Ну, тут у нас схожие проблемы.

И она почему-то тоже покосилась на меня! Как будто здесь на крыльце и женить больше некого. Шумно втянув воздух через нос, я надулась и сложила руки на груди.

— Нет, Халима, не оценил. Но теперь-то он не отвертится. — Дядя продолжал открыто пялиться на меня не мигая. — Теперь все! Можно жить спокойно.