Поставив очередные банки в чулан, сажусь у окна в обнимку с мятным чаем, с тоской смотрю на улицу.
– Чего грустишь? Иди пройдись.
Голос женщины застает врасплох, поднимаю на нее шокированный взгляд.
– Гун говорил не выходить из дома, его псина может и загрызть.
Смуглая женщина улыбается и морщинки лучиками разбредаются по лицу, темные глаза теплеют.
– Глупая кыз. Это было до того, как ты убежала и Маршал взял твой след. Теперь он знает, что ты своя. Надень что-то, холодно нынче, и пройдись. Тебе нужен свежий воздух.
Киваю и встаю. Быть запертой в доме угнетает. Особенно странно то, что я ловлю себя на мысли, что мне одиноко без Монгола.
Отмахиваюсь от этих дум и выхожу из кухни, иду по коридору, цепляю с вешалки в прихожей первое попавшееся пальто, в котором буквально утопаю, и меня сшибает знакомым резким запахом. Его запахом. Кутаюсь в кашемировую ткань, делаю глубокий вдох, решительно берусь за ручку и выхожу на улицу, где встречаюсь взглядом с охранником.
Тем самым, который принес мои вещи.
Реакция мужчины не заставляет себя ждать. Он окидывает меня внимательным взглядом, решая, видимо, для себя совершаю ли я очередной побег, но поняв, что я не представляю угрозы, опускает глаза, предпочитая рассматривать носки своих туфель.
Прохожу мимо, выхожу в сад, гуляю по довольно внушительному периметру поместья. Захожу за угол, как вдруг столбенею, ощущая, что забрела в логово зверя.
Который рычит и скалит на меня острые клыки...
Огромная псина рассматривает меня черными маслянистыми глазами, а я смотрю на ошейник с шипами на мощной шее, на цепь, которая довольно длинная и лежит на земле.
– Тихо, тихо, – шепчу и выставляю дрожащие пальцы вперед, одной рукой цепляя ворот пальто и стягивая его у собственного горла.
Мне бы идти прочь отсюда, но бежать опасно.
– Тебя тоже на цепь посадили, да? – спрашиваю миролюбиво и делаю маленький шажок в сторону пса. Зверь наблюдает за мной, уже не рычит, не прижимает уши к голове, явных признаков агрессии не наблюдаю и совершаю еще один шаг.
– Тебя ведь Маршалом зовут?
Опять задаю вопрос и сажусь на корточки, на этом моя храбрость исчерпала себя. Собака наклоняет голову из стороны в сторону, словно раздумывает и, наконец, делает ответный шаг в мою сторону.
Наблюдаю за движением мощных лап, ударит когтями – мокрого места не останется.
– Ну что, дружок, тебе тоже одиноко здесь? – спрашиваю тихо и протягиваю раскрытую ладонь, ожидая неизвестно чего.
