Прищуривает свои янтарные глаза, касается пальцами моего влажного лба, убирает прилипшие волоски.
За спиной вырастают крылышки, от его взгляда, от того, что мне очень хочется думать, что я сразила этого мужчину своей бесшабашной дерзостью.
Он дал мне шанс показать себя, он не выдержал и сам подошел…
Глупая девчонка уже строит немыслимые замки у себя в голове и, все еще улыбаясь, я задаю заветный вопрос:
– Теперь ты позволишь мне позвонить домой?
Приподнимает мой подбородок, и я сама подаюсь вперед, сердце рвется к Монголу несмотря ни на что, а он смотрит задумчиво, с жадностью рассматривает и в это самое мгновение сердце пропускает удар.
Предчувствие надвигающейся бури отбивает неровный ритм, и улыбка меркнет на моих губах…
– Нет.
Отвечает ровно, а до меня не доходит. Моргаю раз, другой.
– Что?
Повторяю, как последняя идиотка, и Гун оглушает:
– Мой ответ: нет.
Дергаюсь, чтобы отстраниться.
– Ты… ты ведь сказал, что позволишь…
– Та сама решила показать гонор, а я показываю тебе, что, когда идешь на сделку, надо слышать, что именно тебе говорят в ответ на твое предложение…
– Но как же…
– Я не дам тебе позвонить домой, Ярослава.
Это не обсуждается.
– Но ты ведь сказал…
– Вспомни, что именно я тебе сказал. Формулировку.
Думать в этих горячих руках получается совсем плохо, пытаюсь вспомнить нашу перепалку.
Ведь он ничего не ответил на мое предложение. Промолчал…
Прикусываю в раздумьях губу, а он касается пальцем, ласкает и заставляет отпустить собственную плоть, не впиваться в нее зубами.
– Я не люблю, когда ты кусаешь губки, Алаайа.
– Прикажешь избавиться от привычки?! – фыркаю, закатив глаза.
– Нет, почему же, ты можешь продолжать, но каждый раз, когда ты это делаешь, будишь во мне желание самому попробовать тебя на вкус. Хочешь привлечь мое внимание, продолжай в том же духе, душа моя.
Раздвигает губы в улыбке.
– Я дам тебе гораздо большее, чем просто звонок… То, чего ты так жаждешь…
Опять меня что-то смущает в формулировке Монгола, но она ускользает от сознания.
Я оглушена.
– Что?
Шепчу и распахиваю глаза, чтобы вновь утонуть в янтарной бесконечности. К вниманию Монгола невозможно привыкнуть. Он смотрит так, словно душу вынимает.
Проводит большим пальцем по моей щеке, стирает влагу.
– Алаайа, почему именно ты, почему из всех возможных женщин шакал выбрал именно тебя?!
Пожимаю плечами, у меня ответов нет. Хотя у самой есть аналогичный вопрос.
