У нее имеются секреты, которыми она не намерена делиться ни с кем.
Что же скрывает Софи Кэмпбелл?
Глава 20
Следующие две недели Джек старательно игнорировал хранимые Софи тайны. И придерживался своего намерения не выпускать Филиппа из виду. Когда его брат отправлялся в «Вегу», он следовал за ним и оставался в клубе до тех пор, пока стрелки на часах не останавливались на отметке четверть второго. В это время Джек уходил из клуба, насмешливо отдавая честь Филиппу, уже привыкшему к присутствию брата, хотя так и не смирившемуся с этим.
Однако Джеку не было до этого дела. Мистер Форбс прекрасно знал привычки всех своих посетителей, поэтому Джека каждую ночь ждал экипаж. Джек доезжал до Тотнем-Корт-роуд, а дальше шел пешком до маленького домика Софи на Альфред-стрит, чтобы не беспокоить ее соседей.
Эти короткие часы, проведенные рядом с Софи, подпитывали Джека. Когда Софи отпирала дверь, чтобы впустить его внутрь, сердце Джека пело от радости при виде ее лица. Когда же они, взявшись за руки, поспешно поднимались по лестнице в спальню, он чувствовал себя энергичным, как никогда.
А вскоре дверь спальни закрывалась, и Джек целовал Софи, раздевал ее и занимался с ней любовью до тех пор, пока оба без сил не падали на кровать с отчаянно колотившимися сердцами и влажной от пота кожей. И вот тогда Джек позволял себе размышлять о своем положении.
Он – девятый герцог Вэр, имеющий связи и родственников в большинстве известных семей Англии и половине королевских домов Европы. Ему не требовалось привлекать в семью еще благородную кровь или обзаводиться новыми связями.
Джек считался одним из богатейших людей Британии и был вовсе не обязан жениться на наследнице. Он являлся членом палаты лордов, как и его предки, однако не питал страсти к политике. Так что брак, основанный на политических мотивах, Джека тоже не интересовал. В общем, не существовало причин, по которым он не мог бы взять в жены обычную женщину.
В постели они с Софи разговаривали. Порой беседы носили несерьезный характер и заканчивались громким смехом.
Но время от времени они становились более глубокими и производили на Джека сильное впечатление. Софи повидала мир, и умела ценить мелочи, чем удивляла Джека и заставляла чувствовать стыд. Необычному изысканному реверансу, напоминающему танцевальное па, ее обучила русская балерина, когда Софи было восемь лет. Она забавно рассказывала о том, как снова и снова практиковалась перед зеркалом, предвкушая, как будет представлена царю.
