Навеки мой

Последний кон нужно сыграть либо очень хорошо, либо очень плохо. Она пока не набрала сотни очков. Это означало, что ее проигрыш – если она все же проиграет – будет меньше, чем если бы она набрала сто очков и все равно проиграла. Софи редко проигрывала намеренно, но порой эта тактика себя оправдывала.

– Добрый вечер, – раздался рядом с ней мужской голос.

Софи вздрогнула и выпрямилась. Это был вовсе не вернувшийся к игре мистер Гамильтон, а мужчина, которого она весь вечер пыталась забыть. Одетый в безупречный вечерний костюм, он был так же ослепительно красив, как и всегда.

Горло Софи сжалось, когда он ей улыбнулся – такой притягательно печальный, хотя она знала, что он был самым отъявленным из лжецов.

– Я тебя искал, – промолвил Джек.

Софи взмахнула рукой в насмешливом приветствии.

– Вот она я. Что тебе нужно?

– Поговорить с тобой.

– Не надо! Я не хочу тебя видеть. И уж тем более говорить с тобой.

– У тебя есть основания злиться.

Проблеск надежды на то, что произошла какая-то чудовищная ошибка, погас.

– Прошу прощения, сэр. Но я уже занята, – с раздражением произнесла Софи. – Мой партнер скоро вернется, и я хочу продолжить игру.

– Ты имеешь в виду Гамильтона? – Джек наклонился, опершись локтем о стол. Его глаза были такими пронзительно-голубыми, что Софи вынуждена была опустить голову. – Он не вернется.

– Что? – Она рассердилась. – Почему? Что ты с ним сделал?

– Ничего. Филипп с ним беседует. – Джек взял в руки колоду, лежавшую на столе. – Сыграй лучше со мной. Мне говорили, что именно этим занимаются здесь посетители.

Лицо Софи обожгла краска гнева.

– Играй с кем-нибудь другим.

– Почему? – Джек перетасовал карты. – Я тренировался. Так что теперь проигрываю не каждый раз.

Софи усмехнулась:

– Ты прекрасно знаешь почему.

– Неужели? – Он снова перетасовал карты, не сводя с Софи своего завораживающего взгляда. – Будь добра, объясни.

Софи сдерживалась изо всех сил. Тяжело было видеть его здесь, где она намеревалась спрятаться от него, но Джек все же пришел, и Софи не понимала зачем.

Ужасно было представлять его рука об руку с невестой – очаровательной изящной девушкой из высокородной семьи, достойной, чтобы стать герцогиней. Софи не могла сидеть напротив него и делать вид, будто все это не имеет значения, что он не пронзил ее сердце стрелой лжи.

– Мистер Дэшвуд предостерег меня от общения с вами, ваша светлость. – Она намеренно обратилась к нему именно так, чтобы напомнить о его положении и о своем собственном.