Навеки мой

А еще она наконец призналась себе, что прекрасно провела эти несколько дней.

С герцогом. Благодаря ему.

– Вы сказали, что не ждали победы, – тихо произнесла она, уставившись в потолок. Он был покрыт замысловатым позолоченным орнаментом из завитков. А по периметру тянулся бордюр с изображениями мифических существ. Свисающая с потолка хрустальная люстра переливалась мириадами искр, отражая пламя свечей. Один этот потолок наверняка стоил дороже ее дома. – Так почему вы предложили сыграть?

Герцог подался вперед и, упершись локтями в колени, заглянул ей в лицо.

Его золотистые волосы растрепались, и Софи с трудом удерживалась от желания пригладить непокорные локоны.

– А вы не догадываетесь?

– Объясните. Я не слишком догадливая.

Герцог шумно выдохнул, и его глаза потемнели. Затем он наклонился и поцеловал Софи. Его губы были мягкими, и их прикосновение напоминало лишь намек на поцелуй. Софи прикрыла глаза, когда губы герцога скользнули по ее собственным, и потянулась к нему, точно цветок к солнечному теплу.

Кончики его пальцев коснулись ее подбородка и слегка нажали, чтобы приподнять его. Тихий возглас удовольствия вырвался у Софи.

Мгновение они смотрели друг на друга.

– Это все? – прошептала она, ощутив, как сильно колотится ее сердце. – Все, чего вы хотите?

– Нет. – Герцог провел кончиком пальца по ее горлу, и этот жест оказался легким, точно прикосновение перышка. Кожа Софи покрылась мурашками, а соски затвердели от скользнувшего по ее телу взгляда мужчины. – Далеко не все.

"

"Софи находилась не в том состоянии, чтобы принимать решения. Целых три дня она была беззащитна перед его сдержанными шутками, неожиданной человечностью и невероятной привлекательностью. И вот теперь окончательно лишилась воли, когда заглянула в горящие чувственным голодом глаза герцога. Софи следовало подумать о собственной репутации, уже подмоченной после скандальной ставки в клубе, и о Филиппе, который наверняка сочтет это предательством со стороны их обоих. Ей надо было вспомнить о Джайлзе Картере – лучшем кандидате на роль супруга.

И наконец, Софи должна была подумать о себе и о том, как будет себя чувствовать, если пойдет на поводу у этого странного влечения к мужчине, который никогда ее не полюбит.

Но вместо этого она прошептала:

– Покажи мне. Пожалуйста.

Губы Джека растянулись в неспешной ответной улыбке, свидетельствующей о том, что в его душе разгорается чувственное пламя, жар которого Софи ощущала каждой клеточкой своего тела.