Просто нехороших людей: жадных, нечестных. Подлецы везде, их полно по всему миру. Я не могу пойти на вечеринку с незнакомцами, потому что сразу начинаю чувствовать, что человек за роялем думает, как бы прикончить свою жену, а кухарка обкрадывает хозяина, или, что двое детей, играющих у бассейна, умрут в этом году. И ничего не возможно изменить… То есть, я могу переменить кое-что, но недостаточно для того, чтобы хоть чуть-чуть уменьшить ужас этого мира.
– Поэтому вы забились в эту нору и не делаете ничего."
"– Не совсем, – нахмурилась Дарси, очевидно пытаясь создать впечатление, что трудится над проектами по переустройству мира днями напролет.
Может, так оно и есть. А может, она работает только над тем, как вернуть своего мужа, и ни над чем другим.
– Вы ищите мужа больше года. Думаете, эти шесть недель окажутся критическими?
Я обрадовался, увидев ее удивление. Я хоть и не умею читать мысли, но актеров обучают читать выражения лиц, и ее мимику я интерпретировал верно.
– Невозможно, – сказала она и поставила бокал.
– Невозможно что? – спросил я с невинным видом.
Дарси глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
– Ладно, давайте договоримся. Вы отправитесь туда, где погибла эта женщина, выясните все, что удастся, принесете мне сведения, а я расскажу вам все, что смогу.
– Прекрасный план, – воодушевился я. – Двое уже мертвы, но я-то буду в безопасности. Просто поспрашиваю всех подряд о мальчишке, и мне тут же выложат информацию и фотки.
С минуту она молча прихлебывала вино, и, казалось, обдумывала мою реплику.
– Где эта женщина в последнее время работала?
– На курорте, – быстро ответил я… слишком быстро… и заставил себя притормозить. – Старая… вроде как ферма. С пристройками. Принадлежит двум сестрам, старым девам. Они переделали дом в нечто типа курорта. Женщины ездят туда на массаж и все такое прочее.
Когда Дарси пристально посмотрела на меня, я не смог встретиться с ней взглядом.
– Что вы недоговариваете? – спросила она.
– Прочтите мои мысли, – нашелся я, и, когда она сказала «Не могу», не поверил.
Поднявшись, прошел в прихожую, выудил из куртки проспект, вернулся в гостиную и протянул его ясновидящей.
Дарси изучала бумагу несколько секунд, глаза ее расширились от удивления.
– Это плантация в Алабаме под названием «Тринадцать вязов», хижины рабов переоборудованы в бунгало для гостей. Принадлежит двум женщинам, потомкам первых хозяев плантации, и это…
Ее глаза распахнулись так широко, что казалось, вот-вот выскочат из орбит.
