Кафе уже не было видно за шумящими кронами.
— Машина ждала его далеко. Зимой лес насквозь видно. Я не помню, менты местность обыскивали?
Я пожала плечами. Если разобраться, после бойни в «Фантоме» было не до Ивана. Джип оформлен на Эмиля, в розыск Ивана объявили позже. У него было время поменять машину, отсидеться в тихом месте.
Тропинка расширилась, превращаясь в небольшую поляну. С другой стороны к ней подбиралась колея: только джип и пройдет. Андрей хмыкнул и остановился.
— Я же говорил.
Поляна небольшая, со следами пикников: черное пятно от костра, бутылки, мусор. Мы разошлись, обходя поляну, и встретись возле колеи, петляющей между деревьев. Порыв ветра всколыхнул кроны, бросил в лицо длинные волосы. Андрей неожиданно взял меня за руки, вокруг шелестели деревья, он молчал, а я ощущала сухие теплые ладони.
— Мы его найдем, — сказал он. — Не кусай губы.
Андрей мазнул взглядом по рту и отвернулся, рассматривая деревья.
— Его кто-то ждал, — руки соскользнули с запястий, сжав перед этим.
— Я хорошо помню время перед встречей в «Фантоме», мы были друг у друга на виду. Иван не смог бы подготовиться так, чтобы Эмиль не заметил.
— Был сообщник?
— Скорее всего. Тут что-то не так, — Андрей покачал головой.
Я верила его интуиции. Говорят, что это женская штука, но звериное чутье развивается у всех, кто выживал. Интуиция Андрея выковывалась в аду.
— Зачем останавливаться, менять машину… Ее можно было в Каменске бросить, там взять другую и гнать до самой Москвы.
Почему здесь?
Я попыталась представить. Единственный плюс — уединенное, глухое место, лес. А как верно заметил Андрей, кругом одни поля. Почему-то сюда Ивану было нужно.
— Думаешь, он с кем-то тут встречался?
— Или что-то прятал. Чего-то ждал. Не знаю, ласточка, но почему-то он здесь остановился.
Андрей осмотрел макушки деревьев и выбрал одно — как показалось, наугад, и направился к нему.
Я пошла следом, не понимая, что он делает. Обошел, внимательно осматривая тополь. От ветра листья трепетали и серебрились. Вокруг трава, чуть дальше поваленный ствол, за ним пни, но не спиленные, дерево сгнило и обрушилось под собственной тяжестью. Андрей присел на корточки, изучая ствол, перебрался на другую сторону.
— Что ты делаешь? — мне показалось, что Андрей ковыряет землю.
— Иван служил?
— Да, — растерялась я.
