Навязанная жена. Нелюбимая

Лестница заканчивалась прямо в огромном кабинете, который занимал все пространство башни. Потолок здесь уходил в высоту до самой крыши. Вся мебель и обстановка была выдержана в сдержанных коричневых тонах. Вдоль стен стояли многочисленные шкафы, нашлось также несколько диванов и низкий столик. С другой стороны располагался еще стол, заваленный какими-то книгами, над ним висела огромная карта Запределья с какими-то непонятными закорючками, обозначениями и черными пятнами. Со своего места не разобрать, но выглядело это не очень радостно.

У огромного окна, из которого открывался просто невероятный вид на городок, лес и ближайшие окрестности, находился массивный стол и стул с высокой спинкой. У окна спиной ко мне стоял князь.

– Значит, ты все-таки решила прийти, Франческа, – заметил Рейган, поворачиваясь. – Не ожидал. Думал, ты запрешься в комнате и будешь плести проклятия. Или, может, снова решишься на побег. Я даже отдал приказ, чтобы тебе не мешали.

– С чего вдруг такая щедрость? Неужели решил отпустить меня? – спросила я, двигаясь вперед.

В доброту и раскаяние князя я не верила. Точно задумал какую-то пакость.

– Не хочу больше рисковать своими людьми. Им и так досталось после прошлой твоей попытки сбежать. Барелл до сих пор не оправился от твоего воздействия, – сообщил Рейган, приближаясь к столу. Скрипнул отодвигаемый стул.

– Неужели действительно позволил бы мне уйти? – не поверила я.

Застыв у стола, оперлась на него ладонями, слегка подалась вперед и внимательно посмотрела в фиолетовые глаза.

– Ты бы все равно далеко не ушла. Но, возможно, это бы сбило с тебя спесь и отрезвило. Впрочем, это не понадобилось. Ты оказалась умнее, чем я предполагал.

Рейган откинулся на спинку своего массивного стула.

– Потрясающе, князь, это надо же так уметь! Одной фразой и похвалил, и оскорбил, – тут же съязвила я.

– А чего ты ждала после того, что устроила у ворот?

– Ты всерьез считал, что я молча все проглочу? Что буду радоваться, оказавшись в Запределье? – Я села напротив него и закинула ногу на ногу.

– Ждешь, чтобы я извинился? – спросил Рейган, с интересом наблюдая за мной.

– Жду, что ты откроешь ворота и вернешь меня назад.

– Этого не будет, и тебе это прекрасно известно, Франческа. Есть вещи, которые нельзя изменить или поторопить. До середины третьего месяца ворота будут закрыты.

– И что теперь? – поинтересовалась я, стараясь подавить гнев, который уже рвался наружу.