Навия. Проклятие

Он мог тоже попасть под удар, и мы бы остались совсем без защиты. Как там Лина, это же она звонила?

– Она. Мчится сюда, конечно. Или не нужно было говорить? Я уже ничего не соображаю.

Сашка только головой покачал. Потом спросил:

– Да что ты, мне кусок в рот не полезет. Вот пить очень хочется.

Дятлов тут же включил чайник, движения его были замедленными, вялыми. Похоже, не спал совсем, ушел сразу, как я отключилась. Я неуверенно скосила глаза на дверь:

– Не стоит. Она просила ее без особой нужды не беспокоить.

Чай я пила машинально, даже не замечала, что обжигаю язык. Каждый глоток давался с трудом, как будто что-то подпирало горло. Да еще щека разболелась… Хотя, когда Дятлов вытащил ложечку из моей чашки, сразу стало легче.

– Что мы будем делать? – спросила я друга, потому что идей не было никаких.

Сашка уже перестал без конца обновлять вызов и отодвинул телефон в сторону. Можно было догадаться, что у аппарата Вилли кончилась зарядка.

– Пока ждать. Может, сукр принесет известия или как-то иначе дело прояснится.

– Зачем? – поразилась я.

Он так запросто об этом говорил, словно в Питер на денек собрался смотаться.

– Попрошу о помощи. Властитель ведь захочет защитить тебя, верно? – Пришлось кивнуть. – Насчет всего остального по ходу решим, что им там можно знать, а что не обязательно.

– Это ясно, но ведь ты даже языка не знаешь!

– Вилли говорил, что его папаша на всех языках мира как птичка поет.

– Так до Блишема еще добраться нужно… Хотя ты же сукра возьмешь, – спохватилась я.

Но Сашка резко дернул головой:

– Если второй сукр не отыщется, то этот останется с вами.

– Ага, толку-то от него, если против нас играет всадник и, возможно, не один! Но дело, Сань, даже не в этом. Сукр не переходит по наследству, как домашняя собачка. Пара дней без хозяина, и он начинает терять ориентиры, идет отказ всех функций, понимаешь? Становится непредсказуем и опасен.

За забором прошелестела машина, тормознула у дома. Я напряглась:

– Это Кимка, наверно…

Через пару мгновений моя подруга в самом деле вбежала на кухню, обвела нас запавшими и красными, но еще полными надежды глазами:

Мы дружно покачали головой, а я поспешила ей навстречу. Мы крепко обнялись, и Кимка тихонько заплакала мне в плечо.