Сама подумай, Мурана, разве настоящий князь позволил бы твориться такому беспределу, не будь он под властью ее чар?"
"— Я… не знаю, — все еще сомневалась та.
— А я знаю. Мы делаем добро, сестренка. Мы спасаем наш мир.
«Спасают мир… ха!».
А ведь это я уже слышала. В воспоминаниях Дианы. Ее убийцы тоже были уверены, что спасают своего князя, убив его жену. Неужели прошлое повторится?
— Возвращайся в замок. Никто не должен ничего узнать. И Рейган не узнает. Боги на нашей стороне, — продолжила убеждать Люцилла. — Не зря червоточина открылась прямо сейчас, помогая нам получить доступ к ведьме.
Пока все там сражаются, мы искореним зло здесь! Потому что так правильно.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — покачала головой Мурана.
— Знаю. А ты иди. Не стоит вызывать подозрения. И помни: ты ничего не знаешь и ничего не видела.
— Прощай.
Снова раздались шаги. Одна уходила, скрываясь в ночи, а вторая, наоборот, приближалась, не сводя с меня ликующего взгляда.
Люцилла праздновала победу, радовалась моей беспомощности и мечтала как можно скорее расправиться со мной.
А я… я была беспомощной дурой, которая предоставила ей шанс. Всего один крохотный шанс, которым соперница с удовольствием воспользовалась.
И что теперь? Сдаться? Молить о пощаде? Ну уж нет, я не собиралась доставить ей такое удовольствие. Значит, оставалось только одно — тянуть время и молиться всем богам, чтобы Рейган вернулся и спас меня. Он же обещал.
— Вот ты и попалась, ведьма, — пропела Люцилла, останавливаясь у края моего будущего кострища.
— Чужими руками решила меня поймать, — прохрипела я, с трудом ворочая языком.
Не с первого раза, но мне удалось слегка приподнять голову. Но даже такое простое движение болью отозвалось во всем теле. Шею вновь пронзило жаром и мне пришлось сжать зубы, чтобы не застонать от боли.
«Нет, нельзя давать ей повод насладиться моими муками. Нельзя».
— Чужими? — усмехнулась она, слегка склонив голову. — Возможно. Но не думала же ты, что я буду лично марать руки, ведьма?
— Ты хоть понимаешь, что с тобой будет, когда Рейган узнает правду?
— Он не узнает.
— Неужели? Думаешь, он просто все оставит? Рейган не успокоится, пока не найдет каждого, кто виновен в моей смерти.
На Люциллу мои слова не произвели никакого впечатления. Она лишь беспечно улыбнулась. А глаза загорелись незнакомым, жутким фанатичным огнем.
— Надо же, — медленно произнесла она, — ты повторяешь те же самые фразы. Слово в слово. Она тоже угрожала, обещала кары и наказание.
