А при упоминании возраста ее глаза полыхнули самым настоящим пламенем. Но она с поистине царственным терпением сдержалась и ответила довольно вежливо:
— Я очень благодарна тебе, дорогая. Но ты столько перенесла и еще не пришла в себя после случившегося. Не стоит так мучить себя. Вдруг станет хуже?
А вот это меня уже заинтересовало. Я обожала такие пикировки, где грань между ледяной вежливостью и огненной ненавистью так тонка, что ее почти не видно. Меня это приятно будоражило, вызывало азарт. И хорошо, что Рейган не вмешивался, давая мне возможность все решить самой.
Странно, но я чувствовала: стоит мне потерять позиции или запнуться, он тут же поддержит и поможет."
"— Вы так любезны, Никандра. Никогда не думала, что мне так повезет со свекровью, — тут же нашлась я. — Спасибо за заботу, но с моим здоровьем все просто замечательно. И я готова приступить к обязанностям княгини уже завтра.
— Все-таки спешка сейчас крайне нежелательна, — заметила она. — Никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится.
Не стоит приносить жертвы ради меня, дорогая.
— Никаких жертв. Просто хочу вникнуть в жизнь замка, чтобы после в малейших подробностях рассказать обо всем Алфее. Кстати, я хотела бы сама лично заняться детским домом. Рейган, — я повернулась к мужу, который молча наблюдал за нами, прерываясь лишь на еду, — я могу завтра… нет, завтра не получится. Завтра же день жалоб. Тогда послезавтра. Я могу послезавтра съездить в детский дом навестить детей и сама лично со всеми пообщаться?
— Послезавтра? — Он подумал несколько секунд, словно мысленно сверялся со своим расписанием и кивнул: — Думаю, я смогу найти окошко и съездить с тобой.
Только этого не хватало!
— В этом нет необходимости, — поспешно заверила я.
— Необходимость есть. И я поеду с тобой, Франческа. Это не обсуждается.
Ну и как тут возражать? Если бы даже я захотела, не смогла бы. Тем более что мне очень понравилась реакция окружающих. Девушки-помощницы жадно ловили каждое слово, даже шептаться перестали.
Люцилла то краснела от гнева, то бледнела, бросая на меня полные ненависти взгляды. Беатрис старалась казаться равнодушной, но я видела, как нервно она теребит салфетку в руках.
— Хорошо. Как скажешь, — покорно согласилась я, положив столовые приборы и давая понять слугам, что готова приступить к десерту.
Беседа на этом не закончилась, потому что вновь вмешалась Никандра.
— Франческа, ты собралась присутствовать во время приема жалоб?
— Именно так.
