И волосы на голове оставь в покое: моей вины здесь не меньше, чем твоей, — я дал тебе такое указание! Сто процентов, нападение планировалось заранее! И совершил его тот же человек, который хотел развалить холдинг!
— Что к чему на диске, простой смертный вряд ли догадался бы… — словно не слыша его, пробормотал Кушнеров. — Он не смог бы быстро раскрыть и изменить файл… Точно! Им требовалось время, чтобы снять пароль… Заявка ушла в четверг… Приблизительно в то же время, когда Цеховский лежал без сознания между этажами на лестнице… Нет, невозможно… Только если знать пароль… Но как?!
— Думай, — кратко ответил Алексей.
На следующий день после обеда в кабинете Радченко состоялось экстренное совещание. В основном отчитывался Дубров: вызов в милиции был зарегистрирован в 20.45, в 20.15 (как показали видеокамеры) в подъезд зашел Максим, в 20.30 была отправлена заявка в Нью-Йорк… Никто чужой в это время или незадолго до этого в подъезд не входил, зато в 20.40 мимо дежурных прошли санитары, которые травили муравьев… В тот день в подъезде побывало немало чужих людей: ремонтировались две квартиры, в одну из них привозили стройматериалы, в другую сантехнику, кому-то из жильцов заносили пианино, потом кто-то долго возился с грузовым лифтом, с плановым визитом заглядывали сантехники, приехали люди в голубых халатах… Как удалось выяснить, все работы выполнялись по заявкам ЖЭС.
И в санстанцию накануне звонили, просили послать санитаров… Вот только по указанному адресу никто из них не выезжал, дом просто поставили в очередь.
Выходило, что бандиты проникли в подъезд под видом санитаров. Прокрутили видеозапись, допросили дежурных, но те мало что смогли добавить к видеокадрам: голубые халаты, колпаки, один здоровый, второй — пониже, со странным, почти плоским лицом… Правда, у того, кто расписывался в журнале, охранник заметил наколки: две буквы — «г» и «к» на указательном и безымянном пальцах, а между ними — то ли крест, то ли знак «плюс».
"
"Как рассказал следователю Цеховский, лиц нападавших он не видел, ударили из-за спины. Кстати, Дуброву так и не удалось с ним поговорить: у Максима снова поднялось давление и к нему перестали пускать посетителей.
«В отличие от многих он всегда волновался за свое здоровье. Гипертония досталась ему по наследству от матери и стала прогрессировать после того, как он набрал лишний вес, — припомнил Алексей. — Не похоже, чтобы он решился на инсценировку.
