Кто же знал, что эта лапа — правая рука одного из вице-премьеров!
«Можно выторговать приличную скидку… Есть еще вариант — забрать кредит и испариться, но об этом лучше не думать: прошло время, когда банковские кредиты исчезали навсегда… Вот бы у Радченко вырвать кусок побольше и раствориться в необозримых просторах земного шара… — размечтался Максим. — Все равно ведь придется уезжать… Рано или поздно Лида расколется, кто подбил ее на раздел холдинга, кто-нибудь настучит об “откатах”, ну а когда станет известно об атомной станции, тогда уж точно придется давать деру… Однако зачем ждать и гадать? — Он повернулся на бок, обнял жену.
— Сразу после Нового года отправлю Ольгу к сыну в Англию. Пусть снимет квартиру и ждет… И я буду здесь выжидать…» — пригревшись у теплого плеча, подумал он, еще не ведая, что шанс отщипнуть несколько миллионов у шефа выпадет совсем скоро.
…Утро восьмого января началось с неприятного известия: банк, узнав о новом получателе кредита, заново затребовал у атомной станции все документы… Скорее всего люди Семеновича контролируют и кредитную линию… Если так, то дело это дохлое… Попросив ни с кем не соединять, Максим задумался… Все очень и очень плохо…"
"«А ведь вот он — шанс! — Осененный новой идеей, Цеховский взглянул на диск.
— Ольга с сыном за границей, кое-какая сумма на черный день есть, квартиру всегда можно продать через доверенное лицо… Пока честная компания вернется с похорон, я успею так запутать следы, что никто не докопается… Пусть эти идиоты сами потом разбираются с Семеновичем — он их в порошок сотрет, как только узнает, кто перезаключил на себя его договор! — не удержался Цеховский от самодовольной улыбки.
— В этой каше всем будет не до меня и не до исчезнувших со счета миллионов… Более удобного момента не придумаешь», — решился он и набрал мобильный номер Кушнерова.
— Артем? — крепче прижал он трубку к уху и придал голосу скорби.
— Ну как? Похоронили?.. Мои соболезнования…
…После капельницы Цеховскому полегчало, и он принялся дорабатывать в голове схему, как распылить похищенную сумму, отдавая параллельно распоряжения на закрытие засветившихся счетов. Сделать это надо было как можно быстрее, пока банк по просьбе клиента не начал собственное расследование.
На следующий день, сразу после обхода, Максим вызвал Щуплого.
