Отомкнув дверь в нужный подъезд, Максим слегка ее приоткрыл и прислушался: вроде тихо. Повернув за собой ключ на два оборота, он выждал еще пару минут, на носочках спустился на лестничную площадку девятого этажа, отпер дверь в общий с соседями тамбур, неслышно ее защелкнул, открыл квартиру… Все… Прислонившись к стене в прихожей, он отер выступившую на лбу испарину, прошел на кухню, выпил стакан воды, включил в сеть телефон с ноутбуком и принялся за работу. Времени было в обрез…
Часа через два Цеховский мелькнул в больничном дворе, зашел в здание через боковую дверь, по хитрой системе подвалов пробрался в свой корпус, никем не замеченный прокрался в одноместную палату — никого.
Похоже, его не искали. И не звонили.
«А ведь могли! — пытаясь отдышаться, устало прилег он на кровать. — В конце концов, пока еще я — генеральный директор! — ему вдруг стало обидно до слез. — Ради чего я тратил столько сил? На кого гробил свое здоровье? На этих бездушных людишек, которые даже не могут навестить меня в больнице? И остальные хороши! Где все те, кто набивался ко мне в друзья? Да пропадите вы пропадом!»
В висках тут же запульсировало, сердце зашлось от бешеного ритма.
— Как вы себя чувствуете? — неожиданно услышал он за спиной голос заведующего и повернулся: — Сегодня с самого утра в ординаторской аншлаг: все интересуются исключительно здоровьем пациента Цеховского! Даже из мэрии звонили! Ваши сотрудники приезжали, передали продукты.
В этот момент открылась дверь, и симпатичная девушка в белом халате вкатила в палату тележку, сплошь уставленную пакетами.
— Спасибо, — даже прослезился Цеховский, и вдруг словно открыл кто-то сдерживающую эмоции заслонку: тут же перед ним все поплыло, сами собой закрылись веки. — Что-то мне нехорошо… — выдавил он.
— Валя! Срочно зови Климова! — склонился над ним заведующий…
4
…Обхватив руками голову, Тамара стояла у барной стойки и пыталась унять пульсирующую в висках боль.
«Ничего не выйдет, надо снова принять таблетку, — поняла она и взглянула на часы: поезд через час. — А ведь это будет уже третья!»
Последнее, что отпечаталось в памяти о проведенном с Полуцкой вечере, — допитый «Баккарди», откупоренная бутылка «Хеннесси», Ирка внизу за окном рядом с такси… И все. Провал.
