— Я что хочешь для тебя сделаю, только не плачь! Знал бы, что ты так будешь переживать, я бы на вертолете прилетел, — попытался он пошутить.
— Если с тобой что-нибудь случится, я этого не переживу! — прильнув мокрым лицом к такому же мокрому комбинезону, всхлипнула Тамара.
— Ничего со мной не случится, — коснулся он губами ее виска. — И с тобой тоже ничего не случится, я не позволю. Потому что никто не будет любить меня так, как ты…
* * *…Кража денег из-под самого носа наглядно показала, что расслабляться нельзя.
Сменив Кушнерова, день и ночь искавшего в компьютере следы пропавшей суммы, Радченко вплотную занялся оптимизацией работы холдинга. В срочном порядке возобновлял старые связи, заводил новые и в один прекрасный момент осознал, насколько отстал от жизни: другие люди у власти, другие порядки, объединения, группировки… Новые недруги…
Кажется, впервые за последние три года Алексей смог реально оценить масштабы собственного бизнеса и, словно изголодавшись по работе, окунулся в нее с головой.
Столько времени он уделял делам, наверное, лишь на заре своей предпринимательской деятельности. Спустя неделю он с трудом понимал себя недавнего: как он мог без этого жить? Почему добровольно ушел в тень? Что выбило его из колеи: отъезд Артема, крах семейной жизни или обыкновенная усталость? А может быть, такая передышка требовалась, чтобы все переосмыслить?..
Изо дня в день Алексей возвращался домой около одиннадцати, вставал в шесть утра, отрабатывал час в тренажерном зале, наскоро завтракал и без четверти девять появлялся в офисе.
Он снова ощутил вкус к активному ритму жизни. К тому же во всем этом был еще один положительный момент: времени на ностальгические воспоминания не оставалось и ничто не напоминало о Крапивиной и ее сыне. Только за мать он продолжал переживать — звонил каждый день, справлялся о самочувствии, периодически уговаривал переехать, но все бесполезно.
Мать или успокаивала, убеждая, что ей хорошо одной, или отшучивалась: мол, подумает о переезде только после того, как Алексей снова женится. Тот лишь вздыхал в ответ. Какая женитьба? На сегодняшний день о такой ерунде ему и думать некогда!
В одну из ночей, когда он уже выключил светильник на прикроватной тумбочке, из кабинета раздался сначала радостный вопль Артема, затем грохот и топот ног."
"— Есть! — влетел он к нему в спальню.
