Пытаюсь в очередной раз решить проблему личной жизни. Созвонимся на неделе, ладно? Для тебя что-нибудь поставить?
— Не стоит… Хотя… Поставь Гару «Прощай». Утром Инка наконец-то перевод прислала.
— О’кей. Ты пока поищи свой перевод, а я найду песню. Минут через… семь-восемь, идет? Целую.
Вздохнув, Тамара встала с дивана, взяла пульт музыкального центра и нажала тюнер. В ту же секунду в гостиной «появилась» Полуцкая.
«…Пытаюсь решить проблему личной жизни, — повторила она про себя Иркины слова. — По-видимому, это придает жизни ту яркую окраску, которой мне так не хватает, — сделала вывод Тамара и вытянула из сумки папку с бумагами, где лежало последнее послание подруги.
— Бедняга, боится, что Дени не выдержит химиотерапии. Вот уж действительно близнецы: плохо одной, другой в это же время не легче, — невесело усмехнулась она. — А ведь ее новое стихотворение в тему», — с удивлением перечитала она последние строки.
Мне больше не дано любви безумство,До мелочей просчитан каждый шаг,И нет следов былого вольнодумства,И не витаю больше в облаках.
Жизнь без огня — напоминает тленье,Дым стелется над самою землей.И нет в стихах ни капли вдохновенья,Как очень часто нет меня самой…— …А для любителей франкоязычной музыки, — донесся до Тамары Иркин голос. — «Адье», прощай, или прощайте, что, впрочем, не столь важно. Однако не стоит забывать, что если кому-то в этой жизни мы говорим «прощай», то другому обязательно скажем «здравствуй»! — верная себе и своему радио, оптимистично обыграла песню Полуцкая.
«Здравствуй и прощай… Прощай и здравствуй, — усмехнулась Тамара. — Пожалуй, второй вариант звучит предпочтительней… Прощай, любимый дом… Здравствуй…» — фраза так и осталась неоконченной, потому что с первыми аккордами музыки по щеке медленно потекла слеза.
…Утром, как обычно, она привела себя в порядок, выпила чашку кофе и, уже выезжая из гаража, подумала: «А почему бы не навестить господина Ляхова?»
— Ну и каким будет следующий удар? — с ходу задала она вопрос, в очередной раз проигнорировав секретаршу в приемной.
— Топор войны, как я понимаю, ты не собираешься закапывать.
— Какой топор?!
— Ну как же? Ты со своим начальством сначала воровал контракты, теперь заполучил мой дом… Что дальше? Машина? Квартира? А ведь можно еще в подъезде избить…
— У тебя что, совсем крыша поехала? — перебил ее Ляхов. — Какой дом?
Вместо ответа Тамара демонстративно закурила.
— Пепельницу дай.
— Здесь не курят.
— С каких это пор?
— С тех пор, как я бросил.
