В местных магазинах, олицетворявших светлое будущее, спиртное продавалось по талонам, но студенты были об этом заранее осведомлены. Батарея выставленных на стол бутылок могла поразить воображение любого, но сильнее всех удивила Лида: профессорская дочь умудрилась прихватить из дома чудный армянский коньяк!
Вечеринка медленно, но верно набирала обороты. Семеро ребят и две девушки (рано утром одна из дипломниц получила телеграмму о болезни бабушки и спешно уехала домой), без пяти минут выпускники вузов, выпивали, закусывали, непринужденно болтали, настроение при этом поднималось с каждой новой дозой спиртного, голоса тонули в беспрерывном смехе, и за временем, как водится, никто не наблюдал.
Около часа ночи в комнату постучали, и на пороге появилась строгая сухощавая женщина. Пошарив подозрительным взглядом по столу и не заметив ничего запретного (бдительные дипломники сразу после разлития прятали бутылки в тумбочку), она недоверчиво принюхалась:
— Пили?
— Да что вы! Здесь приличная компания! — запротестовал дружный хор.
— А чего тогда шумите? — смягчилась женщина, не ожидавшая такого отпора. — Спать давно пора.
— Понимаете, на следующей неделе у нас заканчивается практика, — очень серьезно начал Максим Цеховский, внешне напоминавший подростка: невысокий, щуплые плечи, по-детски круглое лицо. Почему-то он больше других пришелся по душе Алексею: умный, рассудительный, идет на красный диплом. — И вот мы, молодая интеллектуальная элита, обсуждаем тему строительства светлого будущего.
— Будущего, говорите? — уловила в его словах подвох женщина и нахмурилась: — Вот возьму и напишу докладную директору: будет вам тогда светлое будущее! А ну-ка расходитесь!
Несмотря на изрядное количество принятого на грудь, всем хватило ума не возмущаться, и те, кто не жил в комнате, стали протискиваться мимо вахтерши: отдавали себе отчет, что очередная блюстительница морали действительно может вмешаться в их дальнейшую судьбу, а ломать ее из-за такой вот «важной» персоны не хотелось.
— Зайдешь ко мне? — предложила Лида проводившему ее до комнаты Алексею. — …Неужели боишься? — поддела она, заметив, как он остановился у порога. — Ах да, я забыла: тебя верно и преданно ждет одна девушка, строчит письма, шлет телеграммы… Спокойной ночи, зачарованный принц, — продолжая с усмешкой смотреть ему прямо в глаза, она стала медленно закрывать дверь.
В последнюю секунду Алексей уперся в нее рукой и шагнул в темноту.
— Только одна ночь!..
