Навылет и в сердце

— На самом деле хочу я мало, — дед повернулся ко мне лицом, — Ты станешь владельцем всего, что у меня есть. Вся власть перейдет к тебе. А я уйду на покой.

Дед сверлил меня взглядом. Не хотел я всего этого. Я хотел спокойной жизни рядом с женой, хотел детей, хотел просыпаться утром, и любимая рядом. Не хотел переживать и гадать, вернусь я с очередной 'сделки' живым, или в закрытом гробу принесут.

— А если откажусь? — предположил я.

— Откажешься — станешь вдовцом, — спокойно проговорил дед, — Помогать не буду.

Вот так. Все предельно ясно. Выбор не большой. Либо дед передает мне все свои 'дела', включая политику, криминал, наркоту, и прочие прелести, либо Агафью просто напросто грохнут. Потому как шесть миллионов я не найду, даже если продам все, что у меня есть, а Азаров точно помогать не станет.

Выбора у меня не было.

— Вот и славно, — улыбнулся дед, — Другого ответа я и не ждал.

Старик улыбнулся. Подошел к сейфу, спрятанному в стене.

— Сколько? — как бы невзначай поинтересовался он.

— Шесть миллионов, — коротко ответил я.

Дед кивнул. Открыл сейф, вынул деньги, сложил в кейсы, и передал мне.

— Там чуть больше, на расходы, — коротко проговорил старик, — И передай нерадивым парням, нельзя похищать женщин Элистратовых. Пусть это будут последние слова, которые они услышат.

Кивнул. Вот только последние слова для них у меня уже были припасены.

Мы с Даном вышли из дома деда. Сели в машину.

— Не решил, поздравить тебя, или пожалеть, — серьезно проговорил Дан, — Ты у нас теперь криминальный авторитет.

— Да какой…! — не сдержался я, потом вздохнул. Даниель знал о моей семье почти все, особенно историю, связанную с моим отцом и дедом.

— Ты ведь знаешь все, — уже спокойнее проговорил я, — Какого хрена, когда папка умирал в военном госпитале, дед не явился? Не помог? Теперь-то конечно, вину он признал. Раскаялся! Вот только где он раньше был? Мочил кого-то за углом? Или наркоту толкал? Отец от него в армию и смотался, только бы во всю эту грязь не лезть.

С силой саданул рукой об дверь 'Мерса'. Дан молчал.

— За Агашку ведь, не просто так, — спокойно проговорил Дан.

— За нее, — прошептал я, вздохнул, — Вот только с этого дня она каждый день будет под прицелом. Каждый гребаный день!

— Прорвемся, — только и пробормотал Даниель.

Весь вечер и ночь мы провели, мотаясь по городу. Спать я просто не мог.