Навылет и в сердце

— Девочка моя! — шептал любимый, обхватив меня горячими ладонями за щеки, не позволяя шевелиться, и покрывая лицо короткими жадными поцелуями, — Девочка!

Я с силой вцепилась в его ладони, боясь, как бы он не решил отстраниться от меня. Сквозь пелену страсти, вперемешку с чувством уюта и безопасности и жаждой видеть любимого, находиться с ним рядом, услышала тихий шепот:

— Милая, говорил, зря приехали, — тихо шептал Юра, — Нужно было завтра, или позвонить хотя бы, прежде чем появляться у молодоженов в квартире.

— Юр, — ответила Марго, — Мне нужно было лично увидеть их.

В общем, картина маслом. Мы с Велизаром, поглощенные друг другом, практически не замечавшие окружающего мира, рядом Марго с Юрой, которые, скорее всего, в данный момент прикидывали, как бы незаметно удалиться из квартиры, учитывая, что выход один, и тот мы благополучно забаррикадировали, а окна высоковато от земли расположены.

Замерла, посмотрела на Велизара. А он даже и не думал останавливаться. И столько жажды было в его глазах, столько страсти, что я невольно перестала дышать.

Наплевала на все. Ведь муж он мне. И квартира наша. А Марго с Юрой поймут. И потом, было бы странным, среагируй Велизар на все иначе после таких переживаний. Тем более я точно знала, сколько значу для него. И даже боялась подумать, что он чувствовал, как пережил эти сутки.

Привстала на цыпочки, собираясь поцеловать мужа, передумала, забралась на Велизара, вскарабкалась, будто обезьянка.

— В спальню! — только и скомандовала я, прошептав ему на ухо. Команду Велизар распознал, и даже принялся осуществлять.

— Волчару выгуляйте! — крикнул он маме и Юре уже на пороге спальни и с грохотом захлопнул дверь."

"Засмеялась, легко и свободно, чувствуя, как оставшийся в душе горький и липкий осадок страха исчезает. Велизар не смеялся. Смотрел серьезно, кончиками пальцев поглаживал мое лицо, обводя контуры.

— Я люблю тебя, — хрипло прошептал он. Закрыл глаза, зажмурился. Вновь посмотрел на меня, — Не могу без тебя. Не хочу.

Спазм сдавил горло, мешая говорить, даже дышать было трудно.

— И не нужно, — прошептала я.

Велизар кивнул. Грустно улыбнулся. Посмотрел в мои глаза. И все. Я пропала, меня нет. Такой страсти, нежности, отчаянной и обжигающей, в его взгляде, прикосновениях, поцелуях прежде не было. Каждое его касание сводило с ума.