Назад в СССР 2

Но я понял, что ошибся, когда Паутов продолжил:

— Спрашивал, как ты по работе вообще, какие навыки, сильные стороны, как в милицию попал, чем живешь и дышишь.

— А вы что ответили?

— Правду. Что в работе рвение и талант у тебя открылся. Но ты не зазнавайся. Талант без трудолюбия — пустой звук. Хотя тунеядцем ты никогда не был, но многие на моем веку по наклонной пошли, когда поняли, что взлетели — и не удержались.

— Я не такой.

— Знаю, поэтому в открытую тебе это и говорю.

— А зачем он интересовался мной?

— А вот это Горохов тебе сам расскажет, сходи к нему.

Ждет тебя прямо сейчас в восьмом кабинете.

— Да знаю, где он заседает. Разрешите идти?

— Иди, потом расскажешь.

Я вышел от Паутова и прямиком направился к следователю. Вот и знакомый кабинет. Постучался и приоткрыл дверь:

— Разрешите?

Следователь стоял возле распахнутого окна и курил. Он был один.

— Входите, товарищ Петров, присаживайтесь.

Все-таки недоброе предчувствие меня не покидало. Сесть предложил — значит, это надолго.

Но психологини при нем нет, вроде не допрос собрался учинять. И улыбается так, без яда, настроен дружелюбно. Похоже, что будет совета или помощи просить.

Я почти угадал."

"— Мое руководство в Москве, — начал разговор Горохов, не прекращая пускать клубы дыма из незнакомой на вид сигареты (похожа на заграничное курево), — с МВД СССР издало совместный приказ о создании специальной следственной оперативной группы в Новоульяновске для работы над делами душителя.

До этого мы были прикомандированы для оказания практической помощи, так сказать. Теперь дело обрело новый поворот. Прокуратура признала наличие в Новоульяновске серийного убийцы, в связи с чем следственная группа будет работать здесь на постоянной основе под моим непосредственным руководством. Все формальности уже утрясены, и соответствующий приказ спущен в областное и городское управления милиции. Мне поручено набрать в состав группы наиболее опытных и перспективных сотрудников. После получения их согласия, сотрудники поступят в мое распоряжение до особого указания. Я хочу, чтобы ты работал с нами.

— Не буду кривить душой, Никита Егорович, мне бы этого хотелось, но ведь я по должности простой слесарь, прикомандированный к кримотделу.

— Ты думаешь, что я не учел этот вопрос? Официально будешь прикреплен к моей группе в качестве техника-фотографа. Но сам понимаешь, пока мы не нашли преступника, фотографировать нечего.