Назад в СССР 2 (СИ)

А цыган ваш — черт косматый. А мальчишка со страху всё перепутал. Ему вон как рожу расквасило. Думаешь, такой удар бесследно проходит?

Я стоял в тамбуре с цыганом и все это слушал. По словам начальника поезда он спасал меня.

— Я уже говорил вам — двери запер, потому что тот, бузить начал, а у меня шестьсот человек в поезде! Вы что ли бы отвечали если что-то случилось бы. Еще чуть чуть и скрутил бы я его.

Его спрашивали почему он сразу не остановил поезд, когда увидел, что человек выпал.

— Не выпал, а выпрыгнул.

Стоп-кран? Ты видел у пацана морду? Мне что нужно было делать? Спасать его и кровь останавливать? Или дергать стоп-кран, когда поезд уже с три километра поехал, прыгать за преступником и бежать его искать? Это ваша работа! Я ее за вас выполнять не собираюсь. Расслабились вы, вот ворье по поездам, и шариться.

Чуть помолчав, он добавил:

— Ну судите меня теперь, за что что первую медицинскую помощь оказывал, а не бегал по полям за вашими уголовниками

Я поражался его изворотливости.

Никакую помощь он мне не оказывал. Одна из проводниц обработала мне раны йодом, а фельдшер, пожилая женщина, прибывшая с нарядом милиции к перрону наложила мне швы.

Она сделала это в двух местах на голове затылке, но предложила не трогать скулу, чтобы не осталось шрама. Настоятельно рекомендовала в Москве сходить в судмедэкспертизу. Все это время за мной присматривал один из сотрудников милиции.

Потом, когда фельдшер закончила со мной, вежливо попросил описать ситуацию.

К нему присоединился второй. Все это время я находился в купе проводников седьмого вагона.

Я рассказал ментам всё, что знал об субъекте, начиная с пляжных краж. Подробно описал день и драку, они несколько раз переспрашивали, как всё происходило в тамбуре. Все подробно записали, занесли в протокол, я даже не ожидал подобной дисциплины и въедливости от транспортной милиции. Потом опросили цыгана.

Цыган не видел сам момент, когда Шельма выпал, но, фактически, подтвердил все мои показания ментам.

Цыган справедливо считал, что начальник поезда запер двери, чтобы ему с Шельмой никто не мог помешать выкинуть меня Они смотрели на него с недоверием, так же как и он на них. Но тем не менее тоже зафиксировали всё, как полагается.

Менты поспрашивали меня насчет мотивов начальника и я посоветовал им проверить его родственные связи. Я не стал указывать, на то, что считаю их братьями. Но дал понять, что между ними может быть родственная связь.