Назад в СССР 5

— Да не было у Васьки недругов, — вмешался мужичок с ноготок в кепке Гавроша и будто детским лицом, но если судить по щетине с островками седины и грустным, повидавшим многое в этой жизни глазам, возраста он был далеко не подросткового. — Хотя нет… Приходил к нему дядька один. Печенкин рассказывал, что за долг карточный спрашивал. Грозился меры принять.

— Так ты что ж раньше молчал, Венька? — Анатолич помахал перед мордой Гавроша мозолистой “лопатой”, что была у него вместо ладони. — Милиция же спрашивала!

— Дак щас только вспомнил.

Тот покачал головой, мол, ерунда это все.

— А что за дядька? — я изобразил любопытство.

— Бес его знает, Печенкин особо не распространялся. Так, обмолвился, что модный какой-то, в пинжаке с карманами из гадюки.

— Это как так?"

"— Понятия не имею, — пожал плечами “Гаврош”. — За что купил, за то продаю – он так описывал.

Говоривший замолк. Мужички вдруг насторожились и повели взглядом в одну точку у меня за спиной. Анатолич резво нырнул с головой под капот “копейки”, прихватив кусок грязной тряпки и рожковый ключ. Второй их товарищ вытащил сигарету и бочком-бочком уходил в сторону соседнего гаража с распахнутыми воротами. Только Венька застыл на месте с кружкой пива в руках.

— Брось пиво, дурак! — шипел на него Анатолич, выглядывая из-под капота.

Но “Гаврош” не реагировал. Застыл и смотрел немигающим взглядом ко мне за спину, будто кролик в ожидании удава. Судя по шагам, что грузно шуршали по гравию, удав ожидался упитанный.

Я обернулся. К нам приближалась женщина с фигурой шпалоукладчицы и глазами ведьмы Гингемы. Под выцветшим ситцем халата, чуть потряхиваясь на неровностях разбитой грунтовки, выпирала стать штангистки-тяжеловеса. Ее могучая рука сжимала потрепанный жизнью веник.

— Спицын! — зычно гаркнула “штангистка”. — Паскуда такая! Ты опять пьешь? Ты что мне обещал?

— Рая, — мужичок наконец отставил кружку и вскочил на ноги. — Я мужикам помогаю! Так, откушал пивка чуток!

— Я тебе покажу пивко! — тетка вдруг ускорилась и очутилась рядом.

Хрясь! Веник лупанул “Гавроша” по хребтине. Ему бы бежать, а он пустился в переговоры. Но переоценил свои дипломатические способности. Женщина огрела его еще раз.