Назад в СССР 6

Пока оклемается в реанимации, и посещения, как понимаете, запрещены.

— Спасибо, док, — я развернулся.

— А вы разве не останетесь его охранять? — удивился хирург. — Говорят, он преступник.

— Конвой — это не по нашей части, — ухмыльнулся я. — Там уже начальник УВД других ребят прислал, – Я кивнул на двоих оперативников, что сидели в конце коридора. — Проводите их к палате, пусть возле дверей дежурят.

***

— Скверно, товарищи, что гражданина Рогова подстрелили, — начал утреннюю планерку Горохов. — Теперь слова из него в ближайшее время не вытянешь.

И надо же было Сафонову в спину попасть. Там вроде метров пять было, мог бы и по ногам пальнуть. Видно, не умеет стрелять товарищ подполковник.

— А правомерность применения табельного проверили? — поинтересовался я. — Мне кажется, усматривается должностное преступление."

"— Что ты так, Петров, о Гоше этом печешься. Вор должен сидеть в тюрьме. А правомерность, конечно, проверили. Прокурор уведомлен, служебная проверка еще вчера по-быстрому проведена была. У тебя у самого голова в бинтах и сотрясение.

Все законно. Кстати, ты почему не на больничном?

— Да ерунда это, — я ткнул в белую повязку на голове. — До свадьбы заживет.

— Это еще не все. Рапорт на тебя настрочил Сафонов. Мол, оскорбил вышестоящего по званию, пререкался и не соблюдал субординацию. Мы местным не подчиняемся, поэтому рапорт этот областные мне спустили, с резолюцией, мол, сами разберитесь, товарищ Горохов, со своим подчиненным. Что у вас там произошло?

— Да так, небольшие разногласия.

Этот хмырь скорую вызывать не торопился раненому.

— То, что Гоша пытался скрыться, лишний раз доказывает состоятельность нашей версии. Это, как говорится, факт.

Как будто это хоть как-то отменяло тот момент, что Сафонову было совершенно наплевать на страдания и угрозу жизни человека, подозреваемый он там или нет.

— Много нестыковок, Никита Егорович, в такой версии, — упорствовал я.

— Опять ты за свое, Петров, — поморщился следователь, расстегнув пиджак и ослабив галстук. — Не в том направлении мыслишь.

Мы не адвокаты, мы доказательства вины собирать должны, а не алиби выстраивать.

— Все понимаю, Никита Егорович, но я за правду. Если Гоша виноват, то ответит по полной. Но я бы хотел все-таки…

— Короче, Андрей Григорьевич, — прервал меня Гохоров. — Дуй-ка на больничный.

— Но…

— Никаких “но”, это приказ. Тем более, рапорт на тебя поступил. Пересиди маленько, пока все утихнет. А мы тут без тебя разберемся. Полдела, считай, сделано. Подозреваемый задержан.