— На колени, лицом к стене, руки поднять!
Хищник подчинился, понял, что я не шучу, жизнь он свою ценил, этого у него не отнять.
Я подошел со спины и не церемонясь ударил кулаком, утяжелённым пистолетом сверху по голове. К дьяволу правила! Когда имеешь дело с монстром, сам должен быть немного чудовищем.
От удара человек упал лицом вниз и затих. Вырубился. Я сунул пистолет в кобуру и вытащил наручники, встал коленом на поясницу и завел руку маньяка за спину, собираясь накинуть кольцо. Но гад притворялся, он был в сознании.
Резко развернулся, вцепившись мне в руки и пытаясь накинуть мне на шею клещи из собственных ног.
Хреночки! И к этому я был готов! Ударил в солнечное сплетение. Сверху бить легко. Попал прямо в «солнышко». Борец скрючился и закашлялся. Я заломил руку до хруста и надел браслет, затем проделал то же самое со второй рукой. Все… Теперь никуда не денется, если только наручники не разорвет. Но такое вряд ли получится. Ведь все-таки это женщина…
— Все кончено, Вера, — я похлопал ее по плечу.
— Вставай, без глупостей.
— Не называй меня так, — зло процедила Титова. — Меня зовут Инга.
* * *— Как такое может быть⁈ — Горохов пыхал сигаретой и метался по кабинету. — Вера Павловна — маньяк⁈ Не верю!
— У нас есть неопровержимые доказательства, — монотонно проговорил Катков. — Волокна, обнаруженные под ногтями Миронова и Белкина, совпали по составу с материалом ее заграничного спортивного костюма зеленого цвета, в котором она и была задержана. В состав одежды входит шерсть и лавсан в смесовых пропорциях, не характерных для текстильной промышленности нашей страны.
— Да знаю я, — отмахнулся Горохов. — Это я так, эмоции вслух… А Федор куда смотрел? Твою дивизию!
Следователь подошел к понурому Погодину и навис над ним глыбой:
— Федор Сергеевич, ты вообще с убийцей… Тьфу ты! Вот огребем-то теперь!
Погодин сидел мрачнее тучи. Сопел и не смел поднять на шефа глаза.
— Разрешите, Никита Егорович? — я встал.
— Говори, Андрей Григорьевич, — махнул рукой следователь.
— Капитан милиции Погодин выполнял мои указания и вел оперативную разработку интересующего нас объекта.
— Как это? — раскрыл рот следователь. — Он с ней специально того? Это самое… Шуры-муры? А я почему не в курсе был?
— Сами понимаете, метод был очень деликатный, — подмигнул я. — И в случае, если бы наши подозрения не подтвердились, то мы, а с нами и вы, вышли бы не в очень хорошем свете, так сказать. Вот я и принял решение действовать усеченным составом и не совсем легально.
