Назови меня своей

Слишком углубиться в тяжёлые размышления не успела, в дверь раздался вежливый стук, как насмешка над моими сумбурными мыслями.

— Лёля, у тебя пять минут на сборы, или потом мы придём помогать, — услышав весёлый голос лорда Валентина, я невольно вздрогнула, сердце заметалось в груди испуганным кроликом.

Ведь придёт, и ещё спасибо, что предупредил и не стал сразу ломиться. Поспешно загнав эмоции и переживания поглубже и запретив себе думать о том, что случилось в парной, я поднялась и подошла к шкафу, потянувшись к форменному платью, но рука замерла на полпути.

Привычного тёмного наряда там не было, а висело одно из платьев, купленных лордом Валентином для меня не так давно. На полочке рядом лежал комплект изысканного кружевного белья. Его я тоже мерила. Подозреваю, проделка лорда Мартина, раз он позже приехал, а может, они с братом договорились, пока я нежилась под всякими процедурами. Уже неважно, важно то, что мне предстояло впервые за очень долгое время надеть что-то другое, чем форменное платье.

Я тихо вздохнула, провела по мягкому кружеву, чувствуя, как щёки теплеют. Осознание, что вампиры будут знать, что на мне надето под нарядом, вызывало приступы смущения и какого-то болезненно-сладкого удовольствия, и я терялась в этих эмоциях, сбивавших меня с толку. Я боялась своих хозяев, да, потому что не знала, чего от них ожидать, но вместе с тем… Определённо, меня к ним тянуло. Иначе я бы не млела от их прикосновений и взглядов, и страх бы пересиливал. Грустно улыбнувшись своим мыслям, взяла трусики и надела, потом бюстик, красиво приподнимавший мою грудь так, что появлялась ложбинка, и наконец чулки с поясом.

Когда пристёгивала, мелькнула не совсем пристойная картинка, как эти милые ленточки аккуратно отстёгивают ловкие пальцы лорда Валентина… Беззвучно охнув, чуть не порвала тонкую ткань и поспешно выпрямилась. Не буду об этом думать, не буду!

Платье, выбранное старшим вампиром, было из узорчатого шёлка насыщенного лавандового цвета, с отделкой серебряной нитью и жемчугом на корсаже.

Вырез открывал ту самую ложбинку и шею, тонкое кружево шло по краю выреза и рукавов, и спускалось на запястья трёхслойными пышными манжетами. Справившись с жемчужными пуговичками спереди, я посмотрела на себя в зеркало и слегка смутилась: я никогда не выглядела так… таинственно-притягательно. Оттенок необычайно шёл мне, от него волосы казались серебристыми, а кожа почти прозрачной, фарфоровой, и глаза тоже замерцали двумя аметистами, сменив оттенок.