Назови меня своей

Спокойной ночи, крошка, — младший вампир легко коснулся моих губ и отстранился.

Я приоткрыла глаза, настороженно наблюдая за ним, а он встал и направился к двери. Лорд Мартин поднялся из кресла и тоже склонился надо мной, упираясь в подушку.

— Сладких снов, Лёля, — он серьёзно посмотрел на меня. — Подумай над тем, что мы сказали, у тебя есть время до утра. А завтра, — вампир улыбнулся, и совершенно неожиданно у меня вдоль позвоночника прокатилась волна горячих мурашек. — Твой день, малышка. С днём рождения, кстати.

Словно в ответ на его слова часы на каминной полке мелодично прозвонили полночь. Я стала совершеннолетней, но это ничего не меняло в моей жизни. Точнее, меняло, и очень многое. В лучшую ли сторону? Этого я пока тоже не знала, а опустошённый эмоциональной бурей организм настоятельно требовал отдыха. Поэтому, едва дверь за старшим вампиром закрылась, я упала на подушку и моментально выключилась, вымотанная переживаниями.

Утро началось с приятного сюрприза — меня не разбудил дворецкий, я проснулась сама.

Причём довольно поздно, стрелки уже показывали одиннадцать утра, хотя в спальне царил густой полумрак из-за плотных штор. Когда я открыла глаза и осознала, что мне дали выспаться и отдохнуть, мелькнула шальная мысль, а вдруг вампиры сделают мне роскошный подарок и на мой день рождения уйдут на весь день из дома… Я тогда погуляю по парку вокруг, осмотрю окрестности — надеюсь, из дома мне теперь можно выходить. Покидать территорию поместья идеи даже не возникло, я и так знала, что не выйдет. Но побыть на свежем воздухе всё же стоит.

Однако едва мой взгляд упал на прикроватную тумбочку, я поняла, что моим мечтам не суждено сбыться. Там, в красивой вазе из разноцветного стекла с узким горлышком, стояла ночная лилия. Тонкие лепестки нежного лилового цвета с более тёмными прожилками глянцевито поблёскивали, от цветка исходил тонкий, свежий аромат — в отличие от обычных лилий этот сорт не источал приторный запах, от которого кружилась голова и ломило в висках.

Рядом с вазой лежала записка и продолговатый футляр тёмно-синего цвета. Почему-то при виде цветка я отчаянно покраснела — мне до сих пор их не дарили никогда, и этот жест со стороны вампиров показался в некотором роде извинением за вчерашний вечер. По крайней мере, хотелось так думать. В свой день рождения предаваться грустным мыслям не было желания, и я поспешно отогнала воспоминания о наказании и том, что последовало дальше.