Эта какофония привлекла внимание солдатни, заполонявшей трактир, и Ирри поняла, что всеобщей драки не избежать.
Мысль, в какую сумму обойдется ей ущерб от разгула подвыпивших мужиков, заставила вынырнуть из бездны удивления и легкой оторопи, которую всегда, с самой первой их встречи, наводили на нее близнецы-степняки, и соображать быстрее.
— Дождик! — крикнула она издалека, махнула рукой, привлекая на себя внимание охранника, уже вполне целеустремленно движущегося к источнику возможных проблем, — не лезь! Сами разберутся! Солдатами займись!
Дождик затормозил на полном ходу, посмотрел в угол, за спину Ирри и, явно согласившись с мнением хозяйки таверны, что там сами разберутся, развернулся к остальным посетителям, уже начавшим спешно группироваться для выручки своих офицеров.
Правда, группировка эта проходила вяловато, словно нехотя, что лишний раз свидетельствовало о том, насколько сильно и искренне любят солдаты свое армейское начальство.
— Заведение закрывается, — громко прогудел Дождик, перекрывая разом все выкрики, что из угла, где офицерам приходилось туго, что из зала. Он поймал взгляд Ирри, вопросительно мотнул подбородком на барную стойку, она кивнула.
И Дождик продолжил:
— Вся неоплаченная выпивка в счет заведения! За доставленное неудобство. Выметайтесь отсюда.
И стоял все то время в дверях, пока обрадованные бесплатным угощением солдаты выходили из трактира, закрывая обзор на угол, где уже было тихо.
Как в мертвецкой.
Ирри тоже избегала туда смотреть, взволнованно провожая взглядом последних посетителей и пытаясь успокоить заходившееся диким стуком сердце.
Все произошло настолько быстро, что она только сейчас начала в полной мере осознавать, чего удалось избежать.
И понимать, чего не удалось…
Дождик, тяжело, по-слоновьи топая, пошел ближе к двери, чтоб опустить засов.
И Ирри почему-то наблюдала за ним, вместо того, чтоб обернуться.
Для этого действия надо было набраться мужества, потому что посмотреть-то будет мало. Надо же как-то реагировать… Спасать господ офицеров от степняков…
Мысли о том, что возможно, все произошло наоборот, и победу одержали военные, даже не появлялось.
