Аддриер, испытав мимолетную досаду от того, что между империей и Степью может стать чуть более напряженно, все же решил, что в любом случае разговаривать будет не с братьями-молокососами, а с послом или вообще их отцом, при встрече произведшим впечатление вменяемого человека.
Об Иргерде Саввон император забыл уже через пару дней, поглощенный делами государственными, и вспомнил только недавно.
Когда близнецы явились обратно.
Теперь уже в составе делегации, официальной и очень многочисленной.
Они пригнали в дар табун лошадей, черных, словно уголь, выносливых, словно верблюды, и красивых, словно боги животных. Кроме табуна, который сам по себе был бесценным, близнецы преподнесли еще многочисленные дары, пополнившие сокровищницу императора, а также новую версию договора о намерениях между Степью и империей.
И этот договор был крайне интересным…
А взамен они опять потребовали только одно: Иргерду Саввон.
И в этот раз Аддриер не знал, что им ответить. Надо было соглашаться, новый договор был крайне выгодным. Но продавать дочь человека, умершего из-за него, Аддриера… Наверно, император был слишком мягким для своего положения.
И слишком совестливым… Он опять взял время на раздумья, братья понятливо покивали… Вышли.
И следующие три дня показали, что Иргерда Саввон, оказывается, была очень популярной девушкой при дворе… А еще, что боевые навыки его придворных оставляют желать лучшего.
И нет, степняки не наглели, не задирали никого специально и даже особо не нарывались, проводя много времени с сыном Аддриера, Ежи, и его названым братом Найдом Вулфом.
Но как-то очень умело и быстро выяснили, кто из придворных интересовался Иргердой Саввон. И методично всех их вывели из игры, расчищая пространство вокруг, наверняка, изумленной и напуганной девушки.
И не оставляя императору другого решения.
