(не)Бальмануг. Дочь 2 (СИ)

Но сейчас она вызывала подмогу? Что случилось?!

Элиана подскочила, не дожидаясь, пока ближайший слуга отодвинет ей стул. Столовая салфетка полетела на пол. Аяр Рилминег, который сидел справа от хозяйки на правах почетного гостя и тоже услышал сообщение, начал запоздало приподниматься вслед за вставшей дамой.

— Не беспокойтесь, эйр Рилмениг, — остановила его жестом Элиана. — Продолжайте, пожалуйста, я ненадолго отлучусь.

Направившись в сторону выхода, успела заметить вопрошающий взгляд матушки Агнесс, удивленные от гостей, и как на другом торце стола Тихомир заглядывает в свой артефакт связи, а Лернавай, наклонившись в его сторону, что-то спрашивает.

Муж бесшумно догнал Элиану в коридоре, скользнул ладонью по ее руке, в качестве поддержки сжал пальцы, делясь теплом и спокойствием.

— Не нужно было оставлять гостей… — только заикнулась девушка, но Тихомир отмахнулся.

— Плевать. Был всплеск магии, но чужих в доме, как в поместье нет! Я должен разобраться.

Хотя посторонних сегодня было полно — не только гости, но со многими также слуги, однако все списки были заранее согласованы, охрана бдела и лишних не пропустила бы.

Тихомир серьезно относился к защите своей семьи.

Дверь в празднично украшенную гостиную, где находились дети, была распахнута, рослые охранники-шитеры сдвинулись с порога, давая пройти хозяевам. А там… ощутимо воняло гарью. Большая часть встревоженных детей были не за столом, а на ногах, и не понять, что произошло.

Тихомир метнулся к дочери, превышая человеческую скорость, склонился, чтобы проверить ее.

— Я маг! — со слезами в голосе повторяла девчушка в сторону бледного Асора Рилминега.

— Прошу прощения, эйра, огонь мы потушили, но что делать с магией… — повернулась к Элиане Шанрея. И под нее непонимающим взглядом гувернантка-телохранительница отчиталась. — Мира сожгла своим магическим огнем тарелку маленького Рилминега, юный эйр не пострадал.

Вот теперь-то Элиана, у которой сердце куда-то вниз провалилось да там и осталось, увидела и опрокинутые стулья, и горелую проплешину на белоснежной скатерти, и мокрые розовые пятна — кто-то явно тушил пожар компотом.

Тарелка неподалеку от стоящего Асора, испуганно хлопающего глазами, была в черных пятнах сажи, а то, что лежало внутри, назвать куском торта уже никак нельзя.

Тихомир все равно повернулся к мальчику, чтобы проверить и его на целость, похлопать по плечу и успокоить.